В течение следующего часа Варрен рассказывал им о карсовианских рудниках. Как открытие и усовершенствование вспышек изменило империю, придав ей уникальное военное преимущество, превзойдя большинство видов магии и вооружив простых людей силами, с которыми они не были рождены. Он рассказал им об империи, построенной на силе и жестокости. О невероятном богатстве и ошеломляющей бедности. Неудивительно, что другие королевства пытались объединиться, чтобы противостоять тирану, которым он выставил Карсовию.

Но то, что вспоминалось Эйре еще долго после того, как они легли спать, было то, что Варрен не сказал. В те моменты, когда его слова прерывались, а мысли замирали, устанавливалась тишина, которая следовала за краткими упоминаниями о жизни на шахтах. Как и у остальных, у него были свои шрамы, и монстр, стоящий за ними, все еще безраздельно властвовал над кровавыми шахтами горючего сланца.

Глава 22

Часы текли, как вода вокруг корабля, которую Эйра послушно отслеживала своими чувствами. Дни проносились мимо, как их ноги по палубе во время учений. Прежде чем они осознали это, неделя пролетела так же легко, как ветер между пальцами Каллена.

Их время было поделено на три части: тренировки, работа, сон. Между ними были промежутки, когда они знакомились с командой. Настороженные, косые взгляды сменились легкими кивками. Грубое ворчание и покачивание головами превратились в короткие разговоры.

Солнце пекло их плечи, пока они упражнялись в бою. Соленые брызги окатывали их, когда они натягивали канаты и чинили корабль. Мускулы, которые томились на реке по пути в Офок, вернулись с прибавлением.

С каждым днем они все больше познавали не только свои способности, но и друг друга. Эйра выучила вращение рун Лаветт и Варрена по звону их браслетов. Магия Оливина, Элис и Ноэль стала уже второй натурой, и Йонлину не потребовалось много времени, чтобы научиться. Каллен… она знала его тело лучше, чем кто-либо другой.

Адела всегда держалась рядом. Даже когда она не проводила активно тренировки, Эйра почти всегда чувствовала на себе ее острый взгляд с другого конца палубы. Ее руководство, хотя и кратковременное, было бесценным. Вечера они проводили вместе, обсуждая теорию и прорабатывая самый надуманный план Эйры по свержению Ульварта, который только можно было вообразить.

— Помни, дело не в силе, а в точности. Не в силе, а в контроле. — Она подчеркнула это утверждение постукиванием трости.

Они тренировались до тех пор, пока не падали на палубу корабля. Они сматывали веревки, пока их бицепсы не начинали ныть, а руки не окровавливались от вскрывающихся волдырей — магическая помощь была запрещена для многих заданий по «воспитанию характера». Тем не менее, казалось, что никакая борьба не сломила их. Все шло на пользу, день ото дня.

— Приблизься ко мне! — бросила вызов Ноэль. — Я знаю, не так-то ты проста!

Эйра отвела руки назад и выбросила их вперед, материализовав ледяное копье, которое превратилось в пар в тот момент, когда оно встретилось с огненным щитом Ноэль. Щелчком пальцев Ноэль заставила языки пламени обрушиться дождем на плечи Эйры, которые Эйра отразила взмахом руки.

Они кружили вокруг друг друга, прежде чем сменить партнеров. Ее мышцы сладко заныли от напряжения. Пот стекал по шее, но Эйра не обращала внимания на подступающую усталость и напрягала свое тело до предела, пока золотой свет заката не заливал палубу.

Она оказалась лицом к лицу с Оливином. Их взгляды встретились. В его лазурном взгляде мелькнуло озорство. Кровь прилила к ее ушам, когда на губах появилась улыбка полумесяцем. Она призвала ледяной меч, и ее клинок встретился с тем, что держал он.

Каждое движение было быстрым и мощным. Электрический ток отражался от ее рук при каждом ударе, пробегая по ее телу, потрескивая в воздухе вокруг них. Парируя выпады, она не могла удержаться от того, чтобы не заметить, как перекатываются мышцы под его пропитанной потом рубашкой. Она была не единственной, кто обрел новые силы за прошедшую неделю тяжелого труда.

Она развернулась, готовясь нанести решающий выпад, но он поймал ее руку. Ее сердце пропустило удар, когда они обменялись вздохами, интенсивность его взгляда была почти всепоглощающей. Мгновение длилось дольше, чем следовало. Оливин резко вдохнул, будто собирался что-то сказать, когда к бою присоединился еще один человек.

Оливин отпустил Эйру, когда в него ударил порыв ветра. Эйра развернулась, узнавая магию Каллена, ее чувства предупредили ее о нападении за секунду до того, как оно произошло. Потеряв равновесие в уклонении, она выпрямилась, оправилась быстрее Оливина и направилась к Каллену.

На лице Каллена расцвела ленивая ухмылка, озорной блеск в глазах сказал ей, что он точно знал, что делал, прерывая их дуэль. Но, это не казалось мелочным, это казалось… игривым? Словно в его пристальном взгляде была вся уверенность мира, которая смело говорила: «Вот и все, иди ко мне, как мы оба знаем, ты это сделаешь». Внутри нее заклубилось веселье и улеглось. Что с ней было не так, что она находила это скорее восхитительным, чем разочаровывающим? Что его высокомерие распаляло ее сильнее, чем каждый раз, когда он старался угодить ей?