— Люмерия… была, — поправился он, слегка поморщившись, — справедливой правительницей. Она не была настолько жестока, чтобы выставить двух мальчиков на улицу. Но фактически мы находились под домашним арестом в месте, которое выбрала она. Нас поддерживала корона, но какое-то время нам ничего не принадлежало. — Он тихо вздохнул, слегка опустив плечи. Эйра гадала, опустились ли они от облегчения давно пережитых трудностей или от тяжести, которую они все еще несли. — Как только ее рыцари получили доказательства того, что мы непричастны к тому, что произошло в Архиве, мой титул был восстановлен, как и некоторые активы нашей семьи. Но нашей репутации был нанесен ущерб. Земли, которыми владела наша семья, пришлось распродать, поскольку казна таинственным образом иссякла. Наш дом лежал в руинах. Возвращаться было не к чему.

— Как ты доказал, что непричастен? — Эйра не хотела зацикливаться на испорченной репутации или потерянном состоянии.

— Никак, это сделала Денея.

— И так ты узнал о Дворе Теней, — поняла Эйра.

— Если они смогли раздобыть достаточно информации о Столпах, чтобы очистить наше с Йонлином имя, я понял, что это лучший шанс разыскать сестру. Я уже знал Денею, она была той, кого назначили присматривать за нами, пока мы были на попечении короны. — Его тон становился резким всякий раз, когда он упоминал свою сестру. Эйре стало интересно, осознал ли он, что инстинктивно оглянулся на Меру.

Был ли кто-нибудь во Дворе Теней, кто был там исключительно ради помощи Меру? Настоящий патриот? Наверняка был кто-то, но, похоже, все, кого знала Эйра, были там ради собственной выгоды в той же степени, что и все остальные. Она была там, чтобы выслеживать Ферро. Оливин был там, чтобы найти сестру. Дюко вступил туда по наставлению Аделы и после встречи с Ульвартом.

Они все выслеживали кого-то. Даже сейчас.

— Как думаешь, что стало с Двором Теней? — тихо спросила она.

— Он в сохранности. Я надеюсь. Потому что он будет лучшим нашим шансом закрепиться в Райзене. Или, по крайней мере, его политика будет опираться на факты, что произошло, а не будет пропагандой. Я не удивлюсь, если Ульварт уже воссел на трон Люмерии.

От этой мысли у Эйры скрутило живот. Она могла только представить, что чувствовал Оливин.

— Ты действительно думаешь, что мы сможем вернуться в Райзен, в замок Люмерии?

— Нет смысла возвращаться, если мы не можем. Мы должны свергнуть Ульварта и создать мир, который будет безопасен для тех, кого мы любим. — Его тон был грубым, решительным. — Но мы будем решать проблемы по одной за раз. Сначала Карсовия с шахтами, чтобы получить корабль. Возможно, мы также сможем разгадать тайну того, кто поставлял Столпам вспышки. Перекрытие источника поставки серьезно затруднит работу Столпам.

— Неплохая идея. — Эйра была удивлена, что это еще не пришло ей в голову. Ульварт уже использовал вспышки в своих интересах, и если у него все еще был к ним доступ, он, без сомнения, сделает это снова. Особенно теперь, когда его собственные силы иссякли. Если только он не нашел способ их восстановить…

— Вы двое, — резко перебила Адела, отвлекая Эйру от размышлений. — Не могли бы вы присоединиться к остальным на сегодняшних тренировках?

— Конечно. — Оливин возглавил атаку. Эйра кивнула.

Проходя мимо, Адела пробормотала себе под нос:

— Если корабль хоть раз отклонится от курса, мне придется пересмотреть твою жизнь и жизнь твоего друга.

— Поняла. — Для Аделы было настолько обычным делом угрожать всем подряд, что это ее почти не беспокоило.

— Сегодня вечером поменяемся местами, — объявила Адела, как только Эйра в одиночестве вошла в ее каюту.

— Что вы имеете в виду? — Эйра подошла к своему обычному креслу у постели королевы пиратов. У Вороны, без сомнения, были вопросы по поводу этого. Но служанка Аделы была сдержанна и никогда ни словом не обмолвилась об этом ни Эйре, ни кому-либо еще. Что заставляло Эйру молчать о том, что происходит во время ее вечеров с королевой пиратов. Более того, она не хотела давать друзьям ложную надежду на то, что ее долгосрочные планы могут сработать. Нет, пока она не добьется большего прогресса.

— Я хотела бы попробовать открыть твой канал, вместо того, чтобы ты открывала мой.

Эйра занервничала от одной только мысли и затолкала лед под кожу, заставляя себя сохранять спокойствие. Однажды она уже теряла свой канал, и почувствовала себя неловко при мысли снова подвергнуть его риску (даже по любой другой причине). Но Адела была гораздо более искусной Бегущей по воде, чем она, даже сейчас, после всей их совместной работы.

— Для этого я сначала передам тебе контроль над «Штормом», чтобы я больше сосредоточилась на тебе.

— Простите? — Эйра моргнула. Ощущение уязвимости мгновенно сменилось чувством ответственности.