– Корабль в конце улицы. Мы бросим машину здесь.

Мы вышли и, не сговариваясь, тихо пошли по улице. Мужчины даже не переглянулись. Мы обошли пару, которая оживленно беседовала на тротуаре. Женщина сжала руку своего партнера, воодушевленно рассказывая о том, как удачно торговалась в магазине на соседней улице.

Они казались такими же счастливыми, как несколько дней назад мы с Данте, но теперь я сдерживала слезы, пытаясь побороть страх.

Неужели мне предстояло умереть в топе и шортах, которые, как я теперь знала, наверняка способствовали тому, чтобы этот парень принял меня за Иззи?

Успеют ли Иззи с Данте приехать вовремя? Поймут ли, как меня найти?

Круизный лайнер был поистине огромным. Я видела подобные с пляжа и знала, как величественно они скользят по воде.

Внутри корабль оказался не менее изумительным. Свисающие с потолка вестибюля люстры сверкали, приветствуя нас, как обычных пассажиров.

Сопровождающие меня мужчины кивнули капитану и администратору. Те не спросили ничего, не задали вопрос о том, кто мы, даже не попросили предъявить билеты. Операция была явно спланирована заранее.

– Хочу спуститься и убедиться, что все на месте.

Водитель покачал головой и продолжил путь к лифту.

– Мы придерживаемся плана и идем к Яго.

– Да пошел этот план, – проворчал долговязый, но продолжил идти за нами.

Я просто шла вперед, не кричала другим пассажирам, даже не смотрела на них. Я направлялась в неизвестность, которая могла привести к моей смерти или помочь спасти сестру.

Необходимо было найти способ, который заставил бы этого человека заплатить, а потом настоять, чтобы Иззи покончила с этим опасным занятием.

Она сделала это, чтобы доказать свою правоту, и, возможно, я поступила бы точно так же. Возможно, я полетела в Пуэрто-Рико и составила дурацкий список, чтобы доказать себе, что способна быть счастливой и существовать вне рамок, которые другие определили для меня.

Отчасти Иззи поступила таким же образом. Мы обе хотели выбраться из своего рода тюрьмы, в которую нас поместили.

Но нам предстояло вместе разобраться с этой ситуацией и жить дальше. И так, чтобы Иззи не пришлось иметь дело с наркотиками. Больше никаких неприятностей, которые могли бы повлиять на нее. И я тоже решила не отказываться от всего, что любила, лишь из-за страха снова пережить чувство потери.

Дверь в комнату Яго была дубовой, с золотым дверным молотком и красивой резьбой, закручивающейся к ручке.

– Окажи честь, Иззи, – долговязый улыбнулся, обнажив желтые зубы. Как будто знал, что это конец, но не понимал, что не тот, на который рассчитывал.

Мужчина, распахнувший дверь, встретил нас улыбкой. У него были голубые глаза и темные вьющиеся волосы, лицо нежное, без резких черт. Он выглядел достаточно крупным и возвышался над нами, однако стоило ему увидеть меня, улыбка тут же исчезла с его лица.

– Какого хера происходит? Зачем ты привел сюда сестру Иззи?

– Я привел… – мужчина запнулся, а затем повернул голову и уставился на меня.

Они оба смотрели на меня широко раскрытыми глазами, потому что я не отрицала, что я вторая сестра. Они надеялись, что я поправлю их, но мне это было ни к чему. Мой телефон все еще лежал в заднем кармане, и оставалось лишь надеяться, что Данте и Иззи на подходе с гребаной подмогой.

– Мне стоит сказать: «сюрприз»? – я выгнула бровь, страх покидал мое тело, и его место занимал гнев, пока Яго приближался ко мне.

«Хорошо, – подумала я. – Пусть подходит ближе. Лучше я, чем сестра».

Он сжал мою шею большими руками и швырнул меня в стену.

– Мне очень хотелось сказать твоей сестре, что я буду трахать ее всю ночь. Что теперь она не сможет отбиться от меня. Что мы наконец-то сделаем это и навсегда будем вместе. Но, знаешь, теперь на ее месте ты. И что, будешь бороться так же отчаянно, как она?

Я вцепилась ногтями ему в лицо и, громко крича, попыталась выцарапать глаза. Но, продолжая удерживать за волосы, он сжал мое горло, а потом стал раз за разом бить о стену.

И все же я не закрыла глаза. Глядя прямо на него, я плюнула ему в лицо.

Тогда он отпустил мою шею, отступил и ударил меня по щеке.

Я пожалела, что не согласилась на те уроки самообороны, которые предлагал Данте, потому что мир вокруг меня стал стремительно тускнеть.

И последнее, о чем я подумала: теперь мы сможем рассказать чертовски интересную историю, если мне удастся выбраться отсюда живой.

– Кейд, как ты мог пропустить момент, когда этот ублюдок вошел к ней? И как мы могли перепутать корабль? – я пытался держать себя в руках. Старался не дать вырваться той ярости, которая жила во мне все эти годы, но никогда не оказывалась на воле.

Он закатил глаза.