Он медленно провел руками по моей спине, ощупывая каждый позвонок и надавливая так, словно точно знал, на какие точки необходимо нажать. Когда он добрался до моей шеи, я застонала, не понимая, как лучше поступить, расслабиться или сбежать. Мое тело желало большего, и я боролась с собой, но понимала, что ничего не могу с этим поделать.

– Мы оба знаем, что я должна была приложить больше усилий.

Мой отказ стать врачом всегда был предметом споров с родителями, и, уверена, мама поделилась тогда своим мнением с матерью Данте.

Но они не знали, что я просто пыталась удержаться на плаву. Еще никогда мне не было настолько сложно учиться. Я тонула в ненависти к себе, и мой психотерапевт постоянно твердил, что необходимо дать себе время исцелиться, расслабиться и забыть об идеальности.

– Стараться ради кого? – продолжал спрашивать Данте, разминая узел. – Кажется, ты довольна своей работой медсестры. Чем хороша работа, которая не приносит удовлетворение и счастье?

Данте всегда любил философствовать и довольно просто объяснял все происходящее.

– Иногда я жалею, что мы не общались во время моей учебы, – призналась я.

– Ты признаешь, что твои претензии ко мне помешали тебе продолжить общение? – он задал вопрос едва ли не шепотом, и я подумывала притвориться, что ничего не расслышала.

Вместо этого предпочла соврать.

– Данте, у меня нет к тебе никаких претензий.

– Правда? – он провел большим пальцем по уплотнению на шее, а затем коснулся его камнем.

– Господи! – я напряглась и попыталась отодвинуться, чтобы он не прикасался к этому месту, но Данте не отступил. Вместо этого он сильнее придавил меня к матрасу, и я не смогла пошевелиться.

– Расслабься, – приказал он, продолжая давить камнем на ту зону, но я постаралась послушаться и расслабиться. Данте надавил сильнее, и я зашипела, ощутив, как ослабевает давление в триггерной точке, которое не давало мне покоя многие месяцы. Я практически испытала оргазм от этого ощущения. Удовольствие было болезненным, нечто среднее между мучительной болью и настоящим блаженством.

– Данте, мне так хорошо… – застонала я, пока он продолжал разминать мои мышцы. – Мне стыдно за звуки, которые я издаю.

Он снова и снова катал по моей спине камень, а я отвечала тяжелым дыханием и стонами. Затем опустился ниже, и я поняла, что не в силах игнорировать собственные чувства. Я с самого начала была возбуждена и понимала: если мы продолжим в том же духе, я вполне могла опозориться, кончив от его прикосновений. Я понимала, что все это было неправильно, потому что я не привлекала его как женщина, но моему телу было плевать. Оно реагировало так, будто мы были близки, будто я все еще вожделела его и не раз мастурбировала, думая о нем.

Мое тело не умело врать.

Я заставила себя подняться на руки, чтобы попытаться привстать с кровати.

– Кажется, это не очень хорошая идея. Да…

Он толкнул меня обратно.

– Нет, Делайла, именно это тебе и нужно. Твои мышцы напряжены, ты должна расслабиться или сойдешь с ума от той тревоги и боли, что накопились в твоем теле.

– Я многое держу в себе, – в частности, я скрывала и то, как сильно желала его. – Но тебе необязательно заниматься этим, я могу пойти к массажисту.

– Они не смогут помочь тебе так, как нужно, – в его голосе отчетливо слышалось раздражение.

Я хмыкнула, его волшебные руки творили настоящую магию.

– Нет, смогу. К тому же, не уверена, что мое тело способно выдержать то, что ты сейчас с ним делаешь.

Он усмехнулся

– Да неужели. А я припоминаю, как твое тело справлялось и не с такими нагрузками.

Я недовольно посмотрела на него через плечо.

– Если ты решил пошутить насчет той ночи…

– О какой именно ночи ты говоришь? Той, когда я раз за разом трахал тебя?

– Когда ты решил, что это нормально – постоянно поднимать эту тему?

– В тот момент, когда все случилось, просто ты никогда не давала мне шанса заговорить об этом. Лайла, ты не приезжала на вечеринки или Рождество, а вот я много лет посещал все праздники. А если мне удавалось тебя увидеть, ты начинала паниковать и пряталась от меня.

Я подсчитала, сколько раз приезжала домой, что случалось в основном действительно только на праздники.

– Уверена, ты преувеличиваешь, и я точно не пряталась от тебя.

– Считаешь, разумно врать парню, который мало того что прижимает тебя к кровати, так еще и зарабатывает на жизнь тем, что вытягивает из людей правду?

Одной рукой он обхватил мою шею, а другой разминал мышцы плеча, на что отзывалось все мое тело. Я знала, что к этому моменту мои трусики уже промокли, и мне было трудно не потереться бедрами о матрас в попытке избавиться от накопившегося желания. Данте массажировал мое плечо до тех пор, пока я не погрузилась в сладкую истому.

Вместо ответа я решила сосредоточиться на чем-то другом.