Я схватил Кэти за руку, прежде чем она успела уйти, и притянул обратно. Схватил её за плечи, заставил встать прямо, лицом ко мне. Вгляделся в каждую чёрточку её лица. На её щеке был синяк, и я провёл по нему пальцем; на губе — царапина, которую я осторожно погладил.

— Мой ребёнок всё ещё с тобой?

Я отключился, когда они привезли Кэти. Я знал, что они привезли её, чтобы убить меня. Иван хотел избавиться от неё, когда понял, что она не подарит ему долгожданного внука. Я знал, что её будут проверять, но знал и то, что она найдёт выход. Эта женщина была настоящим бойцом, даже когда рядом никого не было.

Кэти резко кивнула, её подбородок дрогнул, но она быстро втянула воздух, выпрямилась и смахнула слёзы.

— Она в безопасности.

— Тебе пришлось предложить себя и её в жертву, чтобы я остался здесь?

— В каком-то смысле, наверное. Я не стала с ним драться. И сказала Ивану, чтобы братва сама выбрала. Я не собиралась сражаться с ним в открытую. Это шахматная партия, а не кулачный бой. Я сделала то, что должна была.

— Никогда больше так не делай, поняла?

— Я всегда буду спасать тебя, монстр. — Её взгляд был твёрд, непреклонен.

— Сначала спаси моего ребёнка и себя, Клео.

— Моя кровь — твоя кровь, монстр. Я истекаю кровью — ты истекаешь. Ты истекаешь — я тоже. Мы нуждаемся в тебе.

— Ну, похоже, ты меня спасла. Королева правит, да?

— Братва свергла Ивана ради меня. Они доставили тебя сюда.

— Серьёзно? — удивился я. Я знал, что она способна на это. Просто не знал, когда это произойдёт и произойдёт ли вообще до моей смерти. Иван хотел моей головы. Я был уверен, что он её получит после той инъекции и выстрела.

— Ага, серьёзно. В следующий раз, когда решишь истечь кровью, постарайся делать это помедленнее.

Я рассмеялся над её приказом, а потом захрипел, когда боль накрыла меня, как товарный поезд.

— Господи. Тебе нужны обезболивающие.

Я схватил её и притянул её губы к своим.

— Мне нужна ты.

— Ты получил меня. Навсегда.

— Ты сделала это, Клео, — прошептал я, глядя в её серебристые глаза. — Ты завоевала их доверие.

Она покачала головой, её беспорядочные локоны качнулись взад-вперёд.

— Нет, Ром. Мы его заслужили.

Кэти

— Я не собираюсь присматривать за ней ещё час! — взревел Бастиан в трубку.

— Ещё час? — издалека донёсся голос Данте.

Я поморщилась.

— Возможно, даже два.

— Что за хрень, Каталина? — снова рявкнул Бастиан. На заднем плане заливисто хихикала моя малышка. Он что-то пробормотал ей, а потом снова взревел, и она восторженно взвизгнула.

— С тобой всё будет в порядке, — с улыбкой сказала я.

— Дай Рому трубку. Он меня послушает.

— Ты прав, он послушает. Именно поэтому он не возьмёт трубку. — Я покосилась на мужчину, сидящего рядом со мной в баре «Язычник» — его первом баре, расположенном неподалёку от того места, где я недавно сделала татуировку. Он выглядел мрачным: брови сдвинуты, в тёмных глазах смесь тревоги, страха и отчаяния. Весь этот коктейль под вывеской «заботливый папа».

— Нам нужно уехать? — спросил он, уже поднимаясь.

— Сядь. — Я схватила его за татуированное предплечье и усадила обратно. — С ней всё в порядке.

— Нет! Она не в порядке. Ну, она в порядке, но я нет. Она никого не слушает, Кэти. Айви, даже не вздумай… — Бастиан выругался, отстранив трубку. — Она улыбается, женщина! Она хуже вас с Ромом вместе взятых!

— Увидимся через два часа, — бросила я и повесила трубку, прежде чем он успел возразить.

— Что случилось? — тут же спросил Ром, его колено в джинсах нервно подёргивалось.

— Ничего. Он просто ненавидит сидеть с ребёнком, потому что Айви его не слушает, — пожала плечами я.

— Она не пострадала? — его плечи не расслабились, рука сжалась в кулак на стойке бара. — Нам стоит уехать. Мы слишком далеко от дома, если что-то случится.

Мы приехали сюда, чтобы проверить, как идут дела в «Язычнике». Бар процветал. Коул и симпатичная брюнетка готовили напитки, а студенты то и дело выходили на патио. Огни мерцали снаружи, смешиваясь со смехом и прохладным ветерком.

— Тебе нужно было увидеть это место, — тихо сказала я. Ром передавал бар Коулу, по сути, он уже принадлежал ему. Тот проводил здесь ночь за ночью. Из всех звонков Рома в этот бар за годы я знала: Коул вложил сюда сердце и душу. А душа Рома была в других делах.

— Послушай, за Бастианом следят наши охранники, ради безопасности Айви. Хотя ей это вряд ли нужно. Данте там, и Кейд, вероятно, уже едет. С ней всё хорошо.

— Она чёртов ангел, и мы должны её защищать, — пробурчал Ром, и я бросила на него тот взгляд, которым смотрят на людей, явно перешедших грань. Он тяжело вздохнул. — Я слишком переживаю.

— Ты одержим и безумен.