Потянувшись, я дергаю за верх своей футболки и стягиваю ее через голову, затем отбрасываю в сторону, зная, что чем меньше у меня ограничений, тем лучше. На мне джинсы и теннисные туфли. Они не помогут мне в драке. Но технически я не должен победить. Они хотят, чтобы мы потерпели поражение. Это их способ как можно быстрее отсеять слабых.

Парень засовывает руку в задний карман и, достав перочинный нож, раскрывает его. Я вижу на лезвии засохшую кровь. Наши взгляды встречаются, он улыбается, демонстрируя свои кривые зубы.

— Ты покойник, — говорит парень.

От этих слов у меня начинает учащенно биться сердце. Не от страха, а от предвкушения. Это то, для чего мы созданы. Вот почему нас заставляют доказывать свою ценность. Не всякий может быть в этом обществе. В него принимают только лучших из лучших. А я, мать твою, лучший во всем, что делаю.

Ты должен родиться в этом мире — твоя кровь делает тебя Лордом, — но тебя могут убрать в любой момент. Некоторым очень повезет, если они получат этот шанс доказать, что могут оправдать свое имя.

Я смотрю на Линкольна, и он качает головой, понимая мой безмолвный вопрос. Единственный способ заполучить нож — это взять его.

«Вызов принят».

Парень бросается на меня, но я вовремя отпрыгиваю в сторону, вскидывая руки вверх, едва не задев нож, который он держит перед собой. И бью ногой, соприкасаясь с его коленом. Он падает, но в тот же момент перекатывается и, когда я пытаюсь наступить на него, уворачивается от удара ботинком по лицу.

Быстро придя в себя, парень вскакивает на ноги, снова выставляя перед собой нож. Он размахивает рукой перед моим лицом, пытаясь ударить меня, но я уворачиваюсь, уходя в сторону. Чем быстрее буду, тем больше у меня шансов. Пусть он угадывает мой следующий ход.

— Делай свою работу, Кларенс, — со скучающим видом обращается к парню Линкольн.

Эти люди были Лордами в течение долгого времени. Они должны уметь расправиться с нами без раздумий.

У меня есть доля секунды, чтобы принять решение. Оно не самое лучшее, но это все, что я могу придумать.

Я бросаюсь на него, опускаясь достаточно низко, чтобы обхватить его за талию и поднять. Он вскрикивает, и я чувствую резкую боль в спине, но бурлящий во мне адреналин ее перекрывает.

Под весом его тела мы оба падаем на пол, и я опрокидываю его на спину. Это выбивает из него дух. И я пользуюсь предоставленной мне возможностью, сжав кулаки, бью его по лицу.

— Ублюдок, — шиплю я, чувствуя, как кожа на костяшках пальцев лопается от удара. Но это меня не останавливает.

Собратья-Лорды кричат, чтобы я победил. Они будут следующими. Если я проигрываю, это задает тон. Сейчас я представляю всех нас. Я не борюсь с ними, я борюсь за них. За нас, как за команду.

Кровь забрызгивает мое лицо, покрывая соперника и мои потные руки, и кулаки начинают скользить. Он сопротивляется или, по крайней мере, пытается это сделать. Его глаза начинают опухать, так что парень сражается вслепую. У меня есть преимущество.

Я бью кулаком ему в челюсть, чувствуя хруст. Мой следующий удар приходится высоко в его голову, отчего моя рука на короткую секунду немеет. И я пробиваю другой, отбрасывая его голову в противоположную сторону. Встав на нетвердые ноги, пинаю его, переворачивая на живот. Парень кашляет кровью, и его тело начинает сотрясаться в конвульсиях. Я дергаю его назад, снова падаю на колени и обхватываю окровавленными руками его горло, сжимая со всей силой, которая у меня осталась. Сейчас не время хвастаться. Пришло время закончить то, что я начал.

Он даже не сопротивляется.

Сзади чья-то рука обхватывает мою шею, ограничивая доступ воздуха, и меня оттаскивают от парня. Я начинаю брыкаться, хватаясь за сдерживающую меня руку.

— Успокойся, Тайсон, — говорит мне на ухо Линкольн. — Он мертв. Все кончено.

Мое тело мгновенно расслабляется в его руках, и он отпускает мою шею. Я падаю на колени, упираясь окровавленными и разбитыми руками в бетонный пол. Мне трудно перевести дыхание. Посмотрев вниз, я замечаю, что из рта капает кровь. Неужели он сделал больше ударов, чем я заметил?

Я кашляю, и по бетонному полу разбрызгивается еще больше крови. Комната начинает раскачиваться.

— Гэвин, — зовет Линкольн нашего доктора, который находится среди зрителей.

Последнее, что я вижу, прежде чем потерять сознание, это лежащий на полу нож парня, покрытый моей кровью.

ТАЙСОН

ПРЕДАННОСТЬ

ВТОРОЙ КУРС УНИВЕРСИТЕТА БАРРИНГТОН

Я прижимаю к телу нож, и с его кончика на некогда девственно чистый белый мраморный пол капает кровь. Чтобы попасть в дом, мне пришлось убить двух охранников. Они не заметили нашего приближения.