Делая вдох за вдохом, сворачиваю за угол и натыкаюсь на кого-то. Кричу, когда руки хватают меня и поднимают на ноги. Я бьюсь и сопротивляюсь, но они затаскивают меня в комнату. Это один из отцов. Она позвала их, чтобы они забрали меня и спустили вниз. Они собираются убить моего ребенка, заставить сделать гистерэктомию, а потом бросить в камеру.

Сэинт не будет меня защищать, только не после того, что он узнает. Рука захлопывает мне рот, заглушая крики, и я дико извиваюсь, потому что нос так заложен, что я не могу дышать через него.

— Шшш, Эштин, успокойся. — Знакомый голос рычит.

Мое тело мгновенно обмякает, и он освобождает мой рот. Всхлипываю, когда он усаживает меня на стул и опускается передо мной на колени.

— Что, черт возьми, происходит? — Он кладет руки на мои дрожащие бедра и проводит ими по моим ногам.

— Я... беременна, — плачу я, зная, что могу ему доверять.

— Черт. — Он вздыхает, проводя рукой по волосам. — А Сэинт знает?

Качаю головой, слезы текут из глаз, и я провожу рукой по носу.

— Я позвоню ему. — Он встает и достает из кармана свой телефон, а я выбиваю его из рук. — Эш...

— Нет, ты не можешь, — кричу я, и он хватает меня за дрожащие плечи.

— Все в порядке, — мягко заверяет он меня.

Он так ошибается.

— Нет. — Я быстро качаю головой. — Он солгал.

Его брови сходятся вместе.

— Что? Нет. Он никогда бы...

— Он солгал. — Я задыхаюсь, пытаясь отдышаться, но горло сжимается. — Ты... не можешь.

— Эштин.

— Скажи ему. — Хватаю его футболку и зарываюсь в нее лицом. Он обхватывает меня руками, и я начинаю рыдать, повторяя снова и снова, что он солгал, надеясь, что он поймет, что я имею в виду, потому что сейчас я не могу составить ни одного гребаного предложения.

— Я знаю, что делать, — уверяет он меня. — Поверь мне.

Киваю, зная, что Хейдин мне поможет. Он берет меня за руку и торопит в морг. Мы выходим через запасной выход, и он тянет меня за собой сквозь деревья.

— Куда мы идем? — спрашиваю я.

— Здесь есть туннель, который ведет к дороге. Здесь нет камер, так что никто не увидит, что ты ушла.

Мы подходим к склону холма, а там старая стальная дверь. Он отпускает мою руку и достает из кармана ключ, открывает ее и затаскивает меня внутрь.

— Хей-дин? — Мой голос дрожит, поскольку я стою в полной темноте. До меня доносится звук капающей воды. Через несколько секунд он включает фонарик и, взяв меня за руку, тянет за собой по туннелю. На другой стороне уже стоит машина. Он помогает мне забраться внутрь, и мои ноги нервно подрагивают, я пытаясь понять, что делать.

Все, что рассказала мне Лора. Я не хочу верить в то, что беременна, и в то, что отец не Сэинт.

Хейдин подъезжает к больнице, и я поворачиваюсь к нему лицом.

— Кто-то увидит меня.

— Все будет хорошо, — заверяет он, протягивая мне толстовку.

Опускаю голову и позволяю ему провести меня внутрь больницы и в палату. Я на автопилоте. Онемела. Я жена Сэинта. Он женился на мне. Беременность чужим ребенком недопустима. Не говоря уже о том, что он не захочет меня после этого. Что сделают их отцы?

Я стою в комнате и смотрю в пол, пока Хейдин раздевает меня до пояса. Затем он поднимает меня, чтобы усадить на стол.

— Посмотри на меня, малышка.

Его руки лежат на моем лице, а мои слезящиеся глаза встречаются с его глазами.

— Все будет хорошо. Ты в порядке.

— Сэинт...

— Мы разберемся, — говорит он и целует меня в лоб. Но мы оба знаем, что даже если бы Сэинт хотел остаться со мной и растить чужого ребенка, Лорды узнали бы, что он солгал. Он нарушил свою клятву. Его лишили бы титула и убили. Или, что еще хуже, приговорят к «Карнажу» до конца жизни. Я этого не стою.

Дверь открывается, и у меня перехватывает дыхание, когда я вижу вошедшего мужчину. Приподнявшись на локтях, Хейдин хватает меня и толкает вниз.

— Все хорошо. Здесь ты в безопасности.

Я качаю головой, широко раскрыв глаза. Он что, спятил?

— Нет...

— Это Гэвин, — говорит мне Хейдин. — Он здесь, чтобы помочь, Эш.

— Хейдин. — Он кивает ему, и я не могу не задаться вопросом, почему он выглядит идентично Девину из «Карнажа». Они близнецы? Конечно, нет.

Он берет меня за ноги, чтобы поставить их в подпорки, и я подпрыгиваю, а Хейдин мягко улыбается мне. Взяв меня за руку, он не сводит с меня глаз, пока я лежу, дрожа, когда Гэвин тянет меня к краю стола.

Слезы наполняют мои глаза и падают по сторонам, когда Гэвин начинает рассказывать мне о вагинальном ультразвуковом исследовании, пока единственным звуком, который мы слышим, не становится сердцебиение моего ребенка.

— Чушь! — рявкает Кэштон, заставив меня вздрогнуть. — Хейдин бы так не поступил.