Комната наполняется её тяжелым дыханием, когда она пытается опуститься, и я достаю килограммовую гантель. Когда я покупал этот набор, я задавался вопросом, что, на хрен, я буду с ним делать, но это пригодится моей девочке. Положив его на пол под ней, я беру веревку, накидываю её на цепочку, соединяющую зажимы для сосков, и осторожно тяну за неё, наблюдая, как её связанные руки немного вытягиваются.

— ХЕЙДИН! — кричит она.

— Почти готово, Шарлотта. Тогда ты получишь то, что хотела.

Она хочет, чтобы её трахнули. Снова. Она никак не может насытиться, и я тоже. И это не имеет никакого отношения к той суке, которая была голой на моей кухне всего час назад.

Шарлотта хнычет, крепко зажмурив глаза, пока я привязываю веревку к гантели, лежащей на полу.

— О боже мой, — выдыхает она; когда она приподнимает верхнюю часть тела, гантель отрывается от пола, оттягивая её грудь и заставляя её вскрикнуть.

— Жизнь — это выбор, куколка, — говорю я ей, и она поднимает голову, чтобы посмотреть на меня.

Слёзы текут по её хорошенькому личику. Я протягиваю руку и обхватываю её щеку, и она прижимается к моей руке.

— Я… пожалуйста… — она крепко зажмуривает глаза.

Я отпускаю её лицо и встаю. Затем беру последний моток веревки и обматываю ей вокруг горла. Убедившись, что у неё достаточно места и она не задохнётся, я протягиваю руку и привязываю её к перекладине в верхней части тренажера.

— Это то, что они называют пыточным бандажом^[9]. — То же самое я проделал с анальным крюком, но, признаюсь, этот способ немного более современный. — Ты сама выбираешь либо боль, либо удушье.

Она делает глубокий вдох.

— Ты можешь дать соскам отдохнуть, но тогда веревка затянется у тебя на шее, когда ты опустишь гантель на пол. Или ты расправишь грудь, чтобы ослабить веревку на шее и сделать вдох, но при этом ты поднимешь гантель, которая натянет соски. Выбор за тобой, куколка.

Она дрожит, тяжело дышит и хнычет. Я не оставлю её в таком состоянии надолго. У неё недостаточно опыта. Не хочу, чтобы она сама себя душила — я не слишком затянул. Да и не хочу, чтобы она потеряла сознание прямо на мне.

Я подхожу к её телу и восхищаюсь своей работой. Я не привязывал её руки к верхней перекладине слишком туго, потому что не хочу слишком сильно ограничивать её движения. Я хочу, чтобы она выбирала: зажимы на сосках или удушение, для этого её верхняя часть тела нуждается в движении.

Затем я опускаю взгляд на её киску и улыбаюсь.

— Ты вся мокрая, куколка. Посмотри на себя. У тебя по ногам течёт, — провожу костяшками пальцев по внутренней стороне её бедер, чтобы собрать влагу, а затем облизываю костяшки пальцев. — У меня есть для тебя ещё один сюрприз.

Порывшись в сумке, я достаю то, что мне нужно, и возвращаюсь к ней. Я наклоняюсь и машу фаллоимитатором перед её заплаканным лицом. Её тяжелые глаза находят его, и она приоткрывает губы.

Я улыбаюсь.

— Хочешь, чтобы мой член был у тебя во рту, куколка?

— Пожалуйста, — она облизывает свои влажные губы.

Я держу его перед ней, и она облизывает кончик, как будто это мороженое. Она опускает гантель на пол, и веревка затягивается у неё на шее. Её губы приоткрываются, и я засовываю кончик фаллоимитатора ей в рот. Она посасывает.

— Плюнь на него, — приказываю я и вытаскиваю его.

Она делает это, затем снова приоткрывает губы. Я вталкиваю его обратно, и она приподнимает верхнюю часть тела, отрывая от пола килограммовую гантель, и её глаза наполняются слезами. Её щеки вваливаются, когда она сосет фаллоимитатор.

— Ты хорошая девочка, — убираю свободной рукой прядь волос, выбившуюся из её распущенного хвостика, ей за ухо. — Соси его, Шарлотта. Отвлекись от боли.

Она запрокидывает голову, убирает фаллоимитатор изо рта и делает глубокий вдох, вскрикивая от того, что это простое движение заставило гантель качнуться и потянуть её за соски.

— Это много, я знаю, — говорю я ей, и она наклоняется вперед, снова обхватывая его губами. — Открой рот пошире.

Делая, как ей говорят, я медленно трахаю её рот. Я держу его перед её лицом и заставляя двигать головой из стороны в сторону, чтобы облизать и пососать.

— Ты такая отчаянная шлюха. Посмотри, как ты пытаешься заставить этот фаллоимитатор кончить, как будто это настоящий член.

Она шмыгает носом, и сопли текут у неё из носа, как и слюни из её открытого рта.

— Ты этого хочешь, Шарлотта? Хочешь, я наполню твою мокрую киску этим дилдо, пока ты будешь сосать?

Она моргает и что-то бормочет вокруг члена. Вытаскиваю его, и она наклоняется вперед, пытаясь удержать его во рту. Я смеюсь и встаю. Подойдя к ней сзади, я беру покрытый слюной фаллоимитатор и медленно вгоняю его в её мокрое влагалище. Она стонет, а её бедра неудержимо трясутся.

— Я хочу, чтобы ты увидела, как прекрасно выглядишь, — говорю, снова становясь перед ней.

Прислоняюсь к зеркальной стене, наблюдая за её борьбой. Гантель лежит на полу, а её губы приоткрыты, и на пол стекает струйка слюны.

— Хейдин… пожалуйста… — она задыхается, дрожа всем телом.