– Когда вы нашли меня привязанной к столбу, я хотела причинить вам боль, – ответила я, ненавидя себя за это. – Вы мне не друг.

«Я не хочу, чтобы вы здесь оставались» – вот что мне следовало сказать. Однако я не могла произнести эти слова, потому что они были ложью.

– А, – проговорил принц, – вот как.

Я вздохнула и, поддавшись искушению, выпалила:

– Вы можете остаться на ночь. Но утром возвращайтесь домой. Если не уйдете сами, я вас заставлю. Использую последнее желание, которое вы задолжали мне, когда проиграли в «Рыбку».

– А если я уйду, но потом снова вернусь? – поинтересовался он, пытаясь скрыть обиду.

– Вы не сможете. – Когда он придет домой, мать и сестры будут его ждать. Наверняка они очень испугались, узнав о его исчезновении. Они заставят его пообещать, что он больше никогда так не поступит. – Вы для этого слишком горды.

Он промолчал в ответ.

– Сидите на месте и не двигайтесь, – указала я, осторожно уходя прочь.

В конце концов, этой ночью он был моим гостем. И хотя я не считала его своим другом, это не означало, что я не могла быть другом ему. Я сделала для него чашку свежего, горячего чая. Поставила ее на камень неподалеку от места, где он сидел, а рядом с ней положила несколько листьев, на которые насыпала горсть ежевики.

– Хотите чаю, принц? – спросила я. – Можете взять его вот здесь.

– С удовольствием, – отозвался он и пошел на мой голос. Обнаружив мой подарок, он уселся на камень, поставил чашку на ногу и взял ежевику на ладонь. – А вы попьете чай со мной?

– Да, – ответила я.

Он кивнул, но в этот раз не стал просить меня выйти к нему.

– Расскажете мне о созвездиях, – попросила я.

– Мне казалось, я вам не нравлюсь, – сказал он.

– Я могу сделать вид, что нравитесь, – отозвалась я. – На одну ночь.

И он начал описывать созвездия над нашими головами, а потом рассказал мне историю о ребенке джентри, который решил, что звезды предвещают ему огромный успех, но, как оказалось, он смотрел на свой гороскоп вверх ногами.

Я пересказала ему сюжет фильма, который видела много лет назад, и мы вместе посмеялись над смешными моментами. Когда он лег среди кустов ситника и закрыл глаза, я подкралась к нему и аккуратно прикрыла сухими листьями, чтобы он не замерз.

На следующий день, когда я проснулась, его уже не было.

Меня протащили по коридорам и привели, вопреки моим ожиданиям, не в темницу, а в спальню, где я готовилась к пиру. Мой рюкзак по-прежнему висит там, где я его оставила, а гребень, которым меня расчесывал Оук, лежит на комоде. Ревиндра, красноволосая женщина-рыцарь, толкает меня так сильно, что я падаю и ударяюсь плечом о пол. Потом она дважды бьет меня ногой в живот.

Задыхаясь от боли, я сворачиваюсь в клубок и нашариваю в складках платья карман, в котором лежат ножницы, украденные из комнаты Хабетрот.

При Дворе Зубов я кое-чему научилась. Сначала мне казалось, что если попытаюсь постоять за себя, то мне лишний раз причинят боль. Именно такой урок мне хотели преподать, но я быстро поняла: что бы я ни сделала, мне все равно будет больно. Уж лучше ударить в ответ, если представится такая возможность. Лучше пусть сомневаются и помнят о том, что им придется заплатить за свои пос– тупки.

Ревиндра одета в броню, и поэтому, рванувшись к ней, я целюсь в самое незащищенное место на ее теле – в лицо.

Острие ножниц царапает ей щеку до уголка губ. Округлив глаза, она с яростным воплем отшатывается от меня, вытирает лицо рукой и разглядывает свои пальцы, словно не может поверить, что влага, которую она чувствует, может быть ее собственной кровью. Другой рыцарь хватает меня за горло и удерживает, пока третий придавливает мое запястье к полу. Закричав от боли, я выпускаю из руки ножницы.

«Если вы проткнете меня ими, это будет сродни оскорблению», – сказал мне Озерный Джек. Надеюсь, он был прав.

Когда Ревиндра бьет меня ногой в затылок, я даже не пытаюсь сдержать стон. При Дворе Зубов любили, когда я кричала, плакала навзрыд и выла. Им нравилось видеть синяки, кровь и оголенные кости. За сегодняшний день я опозорила Ревиндру дважды. Разумеется, она злится. Теперь мне придется делать исключительно то, что она желает.

По крайней мере, пока она не даст мне еще одну возможность.

– Какое бы наказание для тебя ни выбрали, жалкая букашка, я с радостью его исполню, – произносит она. – И сделаю это с неспешной тщательностью.

Я шиплю на нее, но, когда она снова приближается ко мне, торопливо отползаю назад.

– Увидимся в самое ближайшее время, – говорит она и выходит из комнаты вместе с остальными рыцарями.

Я забираюсь на кровать и сворачиваюсь в клубок, ощущая себя несчастной.

Я должна была держать себя в руках и знаю об этом. Если я испытываю удовлетворение, причиняя другим боль, значит, я похожа на леди Ноури и лорда Джарела гораздо сильнее, чем мне хотелось бы считать.