Мне не нужна такая ответственность. Я видела, что власть творит с людьми. Видела, как приносившие подобные клятвы начинали тяготиться своими обязательствами и желать смерти тем, кому должны быть верны. Никогда в жизни я не ощущала себя такой несвободной, как во время своего правления.

– Клянусь вечно служить вам, – продолжает Гиацинт, не обращая внимания на мои возражения, и прижимается сухими губами к тыльной стороне моей ладони. Темно-каштановые волосы спадают ему на лицо, словно шелковый занавес, и касаются моей руки.

Качаю головой, но клятва уже принесена. Я слишком устала, чтобы объяснять, почему она меня беспокоит. Мысли расплываются и путаются.

Я поднимаю взгляд на трех пленников, которых только что освободила, и внезапно со всей ясностью понимаю, что натворила. Я и не представляла, как сильно изменилась. Я больше не та испуганная девочка из Двора Зубов, вечно искавшая, где бы спрятаться. Я успела стать бунтаркой, пока развеивала заклятья, наложенные на смертных.

На мгновение чувствую злобную радость. Не могу сказать, что мне нравится чувствовать себя в опасности, но приятно стать причиной событий, а не песчинкой, которую куда-то несет их бурный поток.

– Сними обувь, – говорю девушке. Мой голос хрипит еще сильнее, чем раньше.

Она опускает взгляд на свои кроссовки.

– Зачем?

Бросаю на нее требовательный взгляд, и она тут же разувается.

Я поднимаюсь с пола, пытаясь вспомнить план, который так и не додумала до конца. Меня ведет в сторону, и Гиацинт тут же подхватывает меня за руку. Гордость говорит мне отругать его за это, однако моя благодарность слишком велика.

– Чтобы твоих шагов не было слышно, – объясняю я. – Вы втроем можете спрятаться за корытом с водой. Здесь темно, и если пригнетесь, вас не заметят.

– А вы? – после секундной паузы спрашивает Гиацинт.

Качаю головой.

– Я же говорила, что не пойду с вами. Я отвлеку стражников. Вы точно сможете выбраться отсюда?

Гиацинт коротко кивает. Он ведь обученный солдат, он должен знать, как вести себя в ситуациях, отдаленно похожих на эту.

– Если вы останетесь здесь, то подвергнете себя огромной опасности, – говорит он, нахмурившись.

– Я никуда не пойду.

– Он не простит вас за это.

Если Оук узнает о моем поступке, скорее всего, так и будет. Однако мне по-прежнему необходимо бросить вызов леди Ноури, а иначе она выследит меня сама. И ничто этого не изменит.

– Ты принес мне клятву, – напоминаю Гиацинту, хотя мои страхи эхом вторят его словам. – Всего несколько мгновений назад. Я приказываю вам с Гвен выбраться из Двора Бабочек живыми. И отвести мерроу в морскую пещеру. Это по пути.

– Прикажите мне после этого отправиться на север, к леди Ноури. – Гиацинт опускает голос почти до шепота. – Если вы туда доберетесь, у вас хотя бы будет союзник.

– Именно по этой причине и не нужно приносить пафосных клятв верности, – рычу в ответ. – Тебе, скорее всего, прикажут совсем не то, чего ты хочешь.

– Я слышала о фейри и сделках с ними, – говорит Гвен, совершая глупость. – Ты и у меня что-то попросишь, да?

Окидываю ее внимательным взглядом. Я не собиралась ничего от нее требовать, но это было не очень разумно с моей стороны. Вероятно, у нее с собой мало вещей, но с ее одеждой и кроссовками мне будет легче вернуться в мир смертных, если возникнет такая необходимость. К тому же у нее должно быть кое-что еще.

– У тебя есть телефон?

Кажется, Гвен удивлена.

– Я думала, ты попросишь год моей жизни или воспоминание, которым я дорожу больше всего. Или, может быть, мой голос.

И зачем мне все это нужно?

– Ты предпочтешь отдать мне год жизни?

– Пожалуй, нет. – Гвен лезет в карман и достает телефон, а потом снимает портативную зарядку с цепочки для ключей. – Только здесь нет связи.

– Дай знать, когда вы с Гиацинтом окажетесь в безопасности, – прошу я, забирая у Гвен телефон. Маленький аппарат из металла и стекла кажется почти невесомым. Я очень давно не держала в руках ничего похожего.

– Я хотела позвонить своему парню, – говорит она мне. – Один раз он поднял трубку, и оттуда доносилась их музыка. Если он позвонит…

– Я скажу, чтобы он выбирался отсюда, – перебиваю ее. – Теперь прячьтесь. А когда стражники зайдут в темницу, сразу бегите.

Гиацинт бросает на меня красноречивый взгляд и уводит смертную во тьму.

В следующую секунду мою руку берет мерроу.

– Земная госпожа, – говорит он. Его голос хрипит даже сильнее, чем мой, а кожа холодна на ощупь. – Знания – единственный подарок, который я могу вам преподнести. Среди волн скоро разразится война. Подводная королева ослабла, а у ее дитя сил еще меньше. Когда вода обагрится кровью, земле лучше держаться в стороне. Цирен Кроин уже близко.

Он умолкает и, покачиваясь из стороны в сторону, направляется к корыту.

Выслушав его предостережение, иду к двери с медными вставками и поворачиваю ручку. Я все еще пошатываюсь и никак не могу отдышаться, словно меня только что отпустила длительная лихорадка. Разрушение чар еще никогда не сказывалось на мне так, и это пугает меня.