Но чем больше я вмешивался, тем хуже Райан обращался с ней. Издевательства становились все более жестокими, синяки превращались в переломы костей. У нее всегда было готово оправдание на кончике языка, но она пыталась придумывать его только для своих очень заинтересованных друзей. В конце концов, я понял, что если я хочу помочь ей, то не могу сделать это прямо у него на глазах. В тот день, когда она наконец сбежала от него, я почувствовал, что с моих плеч свалился целый груз.

Так было до тех пор, пока не появилась Ривер. Теперь он кажется тяжелее, чем когда-либо.

— Мако! - Амар окликнул меня сзади. Я обернулся, ярость все еще была написана на моем лице. Я стою перед его окном уже целую минуту, глядя на стекло витрины, кипя от ярости из-за этого гребаного мудака. Я уверен, что выгляжу как проклятый сумасшедший, но мне все равно.

— Ты готов к полету? - спросил Амар, подойдя к тому месту, где я стою. Он смотрит на меня с опаской, как будто я медведь, а он - рыба, которую я в две секунды готов загрызть.

Я тяжело сглатываю и киваю головой.

Наверное, к лучшему, что Амар поймал меня именно тогда. И снова я чувствую знакомую тягу помочь еще одной жертве Райана. Но на этот раз это личное, и я даже не хочу выяснять, почему.

Я уже несколько часов сижу в участке, изучая дело. Нога в течение последнего часа дергается - явный признак того, что я начинаю беспокоиться. Я в миллионный раз перебираю руками волосы, до предела раздраженный этим делом. Если я буду продолжать в том же духе, то к сорока годам облысею.

Каждая зацепка, которую я получаю, приводит меня к другой связи, которая не сходится. Разгадывать головоломки - вот в чем я преуспел. В детстве отец всегда покупал мне головоломки из тысячи деталей, удивляясь тому, как быстро я их собираю. Мозговые головоломки меня расслабляют. Соединять точки - это естественно. Но в данном случае ничего не соединяется.

Призрачный убийца заставляет меня пускаться в погоню за дикими гусями, заводит меня в самые разные тупики. Он намеренно издевается надо мной, нанизывая меня на ниточку, как марионетку, а я - тупица, который продолжает попадаться в ловушку.

Мне нужно посмотреть на это дело с другой стороны. Вместо того чтобы следовать за подсказками, которые он мне подбрасывает, я должен искать те, которые он пытается скрыть.

Я опускаю руки к шее, осторожно массируя ее. Женщины правильно говорят. Мне нужно как можно скорее записаться в спа-салон. Мне плевать, что людей пугает, что мужчина ростом метр восемьдесят пять прохлаждается в грязевой ванне, мне это чертовски нужно.

Я бросаю взгляд на часы в углу экрана компьютера и замечаю, что уже почти одиннадцать вечера.

Черт. Мне тоже нужно поспать. Но я уже чувствую, что мой мозг не отключится. Не после того, как я весь день копался в жизни Грега одной половиной своего мозга, и уж точно не тогда, когда Ривер владеет второй половиной.

Я хочу помочь ей. Я должен, но не обязан.

Она не такая, как Эллисон. Жестче. Злее. Упрямая, как черт. И преданная, как собака. Эллисон хотела моей помощи, тогда как Ривер точно не захочет. В смысле, черт, во время ужина она уставилась на меня так, будто я ее чем-то обидел. Она защищает Райана, хотя я могу гарантировать, что она понятия не имеет, от чего она его защищает. Когда кто-то ненавидит своего брата так сильно, как Райан ненавидит меня, любой может предположить, что у него есть на то веские причины. На самом же деле у него нет ни одной причины, кроме той, что он считает, что я украл у него любовь и привязанность наших родителей.

Он избалованный засранец, который большую часть своей жизни устраивает одну длинную истерику. Меня до сих пор шокирует, как два самых любящих и заботливых человека, которых я когда-либо встречала, создали социопатичное чудовище.

Мои пальцы набирают имя Ривер, прежде чем я успеваю остановить себя. После знакомства с ней я немного отошел от дел и проверил ее биографию. Ривер МакАлистер, родилась и выросла в дерьмовом Шэллоу-Хилле. Больше о ней ничего не известно, кроме того, что пару лет назад она купила дом в Шэллоу-Хилл. Понятия не имею, зачем ей это понадобилось.

На этом я прекратил свои поиски, чувствуя себя в разных смыслах жутковато. И вот я снова здесь, заглядываю в ее жизнь, когда у меня нет на это никаких оснований. Но я не могу смотреть, как еще одна невинная девушка страдает от рук этого урода. Я не считаю себя хорошим парнем, но я и не монстр. Я не издеваюсь над девушками. Я не насилую девушек. Я не делаю с ними ничего, чего они не хотят. Спрашиваю согласия и получаю. Это элементарная мораль, мать ее.

После нескольких минут поисков я выяснил, что она учится в университете. У нее три занятия в неделю, одно из них на южной стороне кампуса. Там есть укромный уголок с небольшим движением. Идеальное место, чтобы завязать с кем-нибудь разговор без посторонних глаз.