– Милана куда-то дела мою одежду, – раздражённо ответил я. – Вот я и решил её проучить.

– Проучить? Как? Ты устроил показ своей пятой точки на всю столовую. Знаешь, что там сидели пожилые люди? Представь, что произошло с дамами, которые впервые за долгое время увидели красивое мужское тело, когда они замужем за дряхлыми стариками.

– Помоги мне найти мои вещи, если не хочешь смотреть на мою пятую точку до конца жизни.

– Где они могут быть вообще?

– Понятия не имею! Эта противная девчонка мне ничего не сказала!

Кенни задумался, пока мы поднимались в мой номер. Я не закрывал дверь на замок, поэтому просто толкнул её и вошёл внутрь. Моей одежды по-прежнему нигде не было.

– Может, она спрятала твои вещи у себя в шкафу? – предположил Кенни.

Я ударил себя по лбу. Мне даже в голову не пришло, что такое могло быть. А ведь было бы логично.

Придерживая шапку всё на том же месте одной рукой, второй я раскрыл ящик, в котором лежали, как я знал, вещи Миланы. Их у неё было немного, она принесла с собой всего пару сменных шмоток, так что весь её багаж уместился в двух выдвижных ящиках. Не обнаружив ничего своего в одном из них, я закрыл его и открыл второй – тот, что ниже. В нём оказалось нижнее бельё и небольшая пачка с прокладками. Её трусики и лифчики. Ярко-розовые кружевные трусики, чёрный комплект с бантиками, что-то шёлковое, цвета шампанского. Сейчас на ней, наверное, сидели те трусы с сердечками, в которых я её застал однажды.

Надо же, она умеет носить что-то женственное. Мне казалось, что Милана из тех, кто предпочитает что-то простое, хлопковое, удобное, совсем без изысков. Но это… это было откровенно соблазнительное бельё, совсем не вяжущееся с её обычным, всегда угрюмым и колючим образом.

Мои губы невольно дёрнулись в усмешке. Кто бы мог подумать, что под этой колючей оболочкой скрывается такое? Мысль о ней в этом белье автоматически мелькнула в голове, и я тут же её отбросил, качнув головой, чтобы вернуть себе рассудок. Боковым зрением я заметил, что Кенни тоже подошёл, заглядывая внутрь, и я отпихнул его в сторону локтем, бросив:

– Эй, не смотри.

Он цокнул и отошёл.

Я быстро перерыл второй ящик, но моих вещей там тоже не оказалось.

– И всё-таки не здесь.

Я обвёл взглядом комнату, как будто моя одежда чудом могла появиться на пустом месте. Огляделся по сторонам, пытаясь понять, куда ещё она могла засунуть мои вещи. Но больше никаких мыслей не было.

– О-о-у… – раздалось за спиной.

Я обернулся. Кенни выглядывал в окно, уставившись на что-то.

– Что там? – поинтересовался я.

Друг повернулся ко мне.

– Твоя одежда. Лана просто выбросила её на улицу. Она, блин, валяется в снегу. Причём в разных местах.

Я выпучил глаза, приблизившись к нему. Действительно. Снаружи в сугробах я обнаружил свои свитера, джинсы, толстовку… даже чёртовы боксеры.

– Совсем скоро я её придушу, – зашипел я. – Чувствую, этот день неумолимо приближается.

– Не ври хотя бы самому себе, – усмехнулся Кенни. – Ты будешь грустить, если придушишь её. А кто ещё будет так тебя развлекать?

Фыркнув, я закатил глаза и вернул взгляд обратно, на улицу.

– И что теперь делать? – спросил Кенни.

– Собрать одежду.

Я вошёл в ванную, откинув шапку Миланы на кровать, и обернул полотенце вокруг бёдер.

– У тебя всё это время было полотенце?! – почти завопил Кенни. – Бро, зачем ты тогда вышел с голой задницей и одной шапкой на яйцах?!

– Назло Милане.

– Вы оба чокнутые на всю голову, знал об этом?

Я отмахнулся и открыл окно. У друга расширились глаза от этого поступка.

– Ты что, хочешь выпрыгнуть из окна? – спросил он. – А может лучше спуститься вниз и…

– Нет, Бьёрн велел мне прикрыть мою задницу. Если он увидит меня в одном полотенце… Это не прибавит мне баллов.

Кенни пожал плечами, пробормотав: «Как скажешь, бро, как скажешь». Я подошёл к широкому подоконнику. Под окном, к счастью, была невысокая заснеженная терраса, а затем уже сугробы. Не смертельно, но и не весело. Я перекинул ноги через подоконник, стараясь быть максимально осторожным. Холодный снег мгновенно обжёг голые ступни. Зубы застучали.

– Ну, что стоишь? – прошипел я, глядя на Кенни, который наблюдал за мной с явным любопытством. – Помоги мне. Дай руку.

Кенни протянул мне руку, и я, упираясь, спрыгнул на террасу, а оттуда – прямо в сугроб. Мокрые волосы тут же начали схватываться инеем. Холод пронзил до костей, но я не позволял себе думать об этом.

– Ух ты ж, мать его! – выдохнул я, ёжась.

Кенни, уже одетый в тёплые джинсы и свитер, последовал за мной, аккуратно спрыгнув на террасу.

Мы ступили на снег. Под босыми ногами он был колючим и обжигающе холодным. Мои зубы начали стучать ещё сильнее. Но я не сдавался. Мой взгляд рыскал по сугробам в поисках всех вещей.