И я молча глотал обиду, да, глотал, как последний идиот, да не мог завершить начатое, не мог выполнить клятву данную самому себе потому что понимал – у меня никого кроме него нет. Пока однажды на Совете Самуил не представил всем нового члена клана Чёрных львов Влада Воронова. Дьявол, Марианна, он посмотрел на Влада с такой любовью и гордостью, знакомя его с нами, что я едва не взвыл от отчаяния и безысходности. Посмотри он на меня хотя бы раз вот так...с таким светом в глазах...да я бы горы перевернул ради одного такого взгляда.

Но нет. Именно с этих пор начала возвращаться ненависть к моему отцу, только теперь уже умноженная надвое. К ней примешалась и жгучая неприязнь к молодому выскочке, занявшему моё законное место — рядом с королём. Рядом с моим отцом. Тогда я еще не знал, что и Влад его сын и именно тогда я объявил им войну. Войну, продлившуюся несколько веков».

 Когда тебя считают беспринципным мерзавцем способным на любую подлость и когда ты устаешь доказывать своей преданностью, что это, мать их, не так, ты с упоением начинаешь возвращать то, что от тебя все долго ждали. Жрите, не обляпайтесь. Вы хотели ублюдка, морального урода, серийного маньяка, который способен сожрать чье-то трепыхающееся, выдранное сердце – получайте. Не хочу вас разочаровывать. Да, мать вашу, я такой. Переваривайте, если сможете, а не сможете – это ваши проблемы.

Я понимал, что мой клан никогда не достигнет тех привилегий, которые имеют Черные Львы и Северные. Но у нас есть численность, у нас есть связи и в нашем клане беспринципных ублюдков больше, чем где бы то ни было. И я самый главный из них.

Мой звездный час настал. Пора возвращать долги. Знаешь, малыш, играть на чьих-то слабостях легче всего, но нужно их увидеть, прощупать, найти или дождаться. У всех есть своя ахиллесова пята. У меня тогда ее ещё не было, свободен, как чертов вольный ветер. Но я дождался, когда слабости появятся у моих врагов. На тот момент и Влад, и отец были моими врагами. Один отнял у меня детство и юность, а второй отобрал у меня единственный шанс не быть долбанным байстрюком без рода и имени. Обоих я ненавидел.

У бессмертных мало слабостей, иногда их нет вообще. Когда живешь так долго, все ценности становятся какими-то ничтожными и незначительными. Ты не привязываешься к местам, к людям, к обстановке. Ты слишком часто все меняешь, ты - кочевник. Твои пристрастия и привычки кочуют из века в век в ногу со временем. Но есть одно неизменное: у каждого мужчины хотя бы дин раз в жизни появляется фатальная слабость – женщина. Рано или поздно, но он попадается на крючок. Намертво. С мясом и до костей, насквозь. Первым попался Самуил. И тогда я понял, что вот он мой час, мое время начинать отнимать самое дорогое, то, чего я был лишен, то, чего он лишил мою мать.

Но если есть женщина всегда найдется еще одна, готовая противостоять. Ни одна подлость в этом гребаном мире не совершается без участия женщины. Библия все же достойная книга, в ней об этом говорилось не раз и в свое время я изучил ее вдоль и поперек. Сейчас я могу только цитировать, наслаждаясь иронией интерпретации и того, что в моих устах искажается весь её смысл.

Магда, сестра Альберта Эйбеля. Оперная певица, развратная сучка с голубыми глазами и черной копной змеящихся локонов. Медуза Горгона. Она хотела власти, о как она ее хотела, добраться до вершин, занять трон, стать королевой.

Женщина, которая хочет власти и денег страшнее женщины, которая влюблена. Мне повезло вдвойне она хотела не только власти, она хотела Влада Воронова с потрохами и вместе с троном. Влюбленный в смертную Самуил портил ей все планы. Ведь он мог жениться, возвести на трон Кристину. Магда пришла ко мне сама с предложением устранить помеху. Разве Я мог отказать женщине? Разве я мог упустить такой редкий шанс одновременно насолить обоим: трахать Магду, которая была на тот момент официальной любовницей Влада и выбить почву из-под ног отца. Я воспользовался всеми благами этой связи. Я драл эту сучку мыслимыми и немыслимыми способами и вместе с ней подобрался к Кристине. Было еще кое-что. Фэй изготовила для Кристины кольцо и мне было нужно его заполучить, ведь мой собственный отец лишил меня этой возможности. Я, блядь, не мог появится на солнце без риска немного поджариться.

Но Магда была из тех женщин, которые скорее не женщины, а самки Богомола, готовые сожрать своего самца после того как с упоением брали у него в рот и раздвигали перед ним ноги. Магда решила избавиться и от любовника. Бешеная сучка подставила меня. Она убила Кристину и слила меня Самуилу. С потрохами.