Я посмотрела на Моран, а та обошла повозку со всех сторон, а потом медленно повернулась ко мне, и ее глаза расширились от ужаса, а рот приоткрылся, она подняла руку, указывая дрожащим пальцем на что-то позади меня.

   - О мой Гела…вы это видите?

   Я так же медленно повернулась и вздрогнула - у леса стояло несколько фигур в черном. Их одеяния развевались на ветру, а темнота вместо лиц под капюшонами заставляла содрогаться от суеверного ужаса. Они не шевелились, словно выжидая, а я почувствовала, как покрывается ознобом панического страха моя кожа.

   - Не двигайтесь, моя деса. Они не выйдут на свет. Пока звезды ясно освещают нас, ни одна тень не покинет своего убежища. Они будут ждать своих слуг, которые загонят нас для них.

   Мне казалось, что она говорит какой-то бред, но я слишком хорошо помнила нашу с ними встречу в прошлый раз и, кажется, уже знала, кто именно является их слугами. Где-то вдалеке послышалось ржание лошадей, и я метнула взгляд на Моран, чувствуя, как кровь отхлынула от лица. А что если это погоня?

   - Нам надо бежать к лесу, - тихо сказала я.

   - В лесу ОНИ, - Моран продолжала смотреть на тени расширенными от ужаса глазами, – и они ждут нас.

   - А позади отряд валлассаров, и если мы попадемся, то обе умрём. В этот раз ОН меня не пощадит.

   - Мы умрём в любом случае, - проговорила она бледными губами.

   - Прекрати панику, - процедила я, - не умрём. Идем к лесу.

   - Вы с ума сошли! Бежим в сторону озера.

   Отряд приближался, а тени так и стояли у леса, теперь их было уже три. По снегу змеилась черная паутина, как тонкая сетка из тумана, она ползла в нашу сторону.

   - Бежим! – крикнула Моран, и мы сорвались с места. Утопая в снегу, побежали в сторону озера, стараясь держаться подальше от теней деревьев, не смотреть на сетку, расползающуюся по снегу. Ветер дул нам в лицо, словно отбрасывая назад, швыряя в глаза комья мокрого снега, срывая капюшоны с голов, забиваясь ледяными жалами за воротники. Внезапно Моран споткнулась и упала, а потом истошно закричала, отползая в сторону. Я бросилась к ней, и сама закрыла рот обеими руками. Из-под тонкого слоя снега виднелись синие лица мертвых извозчиков, искаженных гримасами боли и лютого ужаса. Моран, тяжeло дыша, всхлипывала, глядя pасширенными глaзaми на разодранные животы двуx несчастных, на внутреннoсти и отоpванные конечности, pазбросанные вокруг тел. Топот копыт приближался, и я попыталась поднять ее со снега.

   - Надо бежать. Давай! Быстрее!

   Она повисла у меня на руке, шатаясь и цепляясь за меня дрожащими пальцами.

   - Мы даже не слышали, как… и…о Гелаааа, что же это такое?

   - Тсссс. Все хорошо. Это волки. Просто волки.

   Потянула ее в сторону и в тот же момент увидела, как черные щупальца расползлись полукругом, отрезая нам дорогу. Они шевелятся на снегу, как живые твари, словно ждут, когда мы попадемся в сети, балансируя там, где начинались светлые участки, точно так же у меня на затылке шевелились волосы.

   - Стой! – я дернула Моран назад, лихорадочно оглядываясь по сторонам, в отчаянии думая, куда же нам бежать теперь?

   - Вижу их! – донесся голос, - Вижу десу Одейю!

   На лассарском. На родном лассарском. Через несколько минут нас окружил отряд, и я узнала одного из людей моего брата и тяжело осела в снег, чувствуя непереносимую слабость во всем теле. Меня подхватили на руки и усадили на лошадь впереди одного из всадников.

   Наверное, я ненадолго потеряла сознание, потому что, когда открыла глаза уже почти рассвело.

   Мы мчались по узкой тропинке, ведущей от леса к озеру. С трудом повернув голову, увидела Моран и слабо ей улыбнулась. Меня все ещё преследовал омерзительный запах с той торговой повозки, мне казалось, он въелся мне в волосы.

   Согреваясь под толстой меховой накидкой, я погружалась в тревожный сон и снова просыпалась от острой боли в груди. Мне казалось, там торчит нож, и кто-то моментами силой вгоняет его поглубже, так, что я приоткрывала рот в немом крике и распахивала глаза, чтобы скривиться и, тяжело дыша, справиться с приступом отчаяния. Когда мы наконец-то достигли озера и мне помогли спешиться, я упала в снег и долго судорожно исторгала содержимое желудка, пока мне не перестало казаться, что повсюду воняет гнилью. Один из воинов подал мне флягу с водой, и я, сделав несколько жадных глотков, с облегчением вздохнула, а потом меня снова вывернуло прямо под его ноги. Я даже не видела, что у берега нас ожидает старая торговая монера*1.

   - Данай дес Оран к вашим услугам, моя деса, - воин склонил голову в поклоне и, не дождавшись моего ответа, пошел к владельцу монеры, ступая прямо в воду, от которой клубами вился пар. Он протянул старику в облезлом меховом плаще мешок с монетами, и тот, проверив его вес на ладони, кивнул, позволяя отряду подняться по узкому трапу.