Психованный! Я же ничего такого не сказала! Я даже извинилась между прочим! А я редко извиняюсь! Еще и смотрел на меня странно, застывшим взглядом как будто я нечто ужасное и жуткое. Оказывается, это бегство задело еще больше, чем давление и наша война. Потом он не приезжал целую неделю и мне уже хотелось устроить какой-то террористический акт в его доме, но Барин как почуял и приехал вечером в воскресенье. У него вообще был нечеловеческий нюх, и он словно читал меня изнутри и знал, что я выкину в следующий раз, а я все же хотела удивлять. И похоже мне это удалось, только совсем не так как я ожидала. Когда услышала, что Барский в доме я как раз нежилась в ванной, тут же подскочила, вытерла голову и принялась лихорадочно одеваться. Еще уедет, не повидавшись со мной, он может. А мне хотелось его увидеть, что насолить, разумеется. Конечно только насолить. Я как попало расчесала свою шевелюру все еще влажную, заколола на макушке, натянула на мокрое тело футболку и шорты, которые сделала сама из рваных джинсов, сунула ноги в тапки и сломя голову поспешила вниз, у первого этажа тут же замедлила шаг, со скучающим видом вышла в гостиную. Барский был не один, а с каким-то молодым мужчиной, больше похожим на рабочего, я его видела впервые они разговаривали и оба не обращали на меня никакого внимания. Из их беседы я поняла, что Барский собрался менять сигнализацию.

— Здрасьте.

Сказала громко и оба обернулись ко мне. Барский нахмурился, осматривая меня с ног до головы, а тот что пришел с ним чуть приоткрыл рот и уставился на мои ноги.

— А на окнах тоже поставите датчики? Я люблю сидеть на подоконниках, и оно все время срабатывает.

Не глядя на них, я продефилировала к окну и залезла коленями на подоконник, развернулась на четвереньках и уселась. Пока ковырялась, майка сползла с плеча и когда я подняла голову, то встретилась взглядом с Барским и вздрогнула. Такого бешеного выражения лица я еще не видела у него никогда.

— Вот так сижу, и оно пищит.

Посмотрела на обоих мужчин и пожала плечами, улыбаясь.

— Подождите меня в коридоре.

Рабочий прокашлялся, отлепив от меня взгляд и нехотя поплелся к двери, несколько раз обернулся, судорожно сглатывая, и только сейчас я заметила, что моя футболка просвечивается. Она намокла от воды, стекающей с кончиков волос и теперь облепила мою грудь. Барский сделал несколько шагов ко мне и сдернул за затылок с подоконника.

— Пошла и оделась! И никогда, запомни, никогда не являйся пока тебя не позвали, ясно?

— Не ясно. Я теперь и выйти из комнаты не могу?

— В таком виде не можешь!

— В каком таком?

Упрямо дернула головой, не обращая внимания на его пальцы на моем затылке, а он смотрит мне в глаза остекленевшим взглядом и скрипит челюстями.

— Ты почти голая! Что это за тряпки?

— А у меня нет других!

Смотрит и давит шею еще сильнее, слегка подергивается уголок его идеального рта, а мне от чего-то хочется приподняться на носочки и принюхаться к его запаху, который кружит мне голову. Медленно разжал тиски рук.

— Будут другие. А теперь пошла к себе.

— Не пойду! Не хочу к себе. Тут хочу быть. Нечего мной командовать я вам не ваша женушка! Кого трахаете теми и командуйте!

глаза Барского расширились и ноздри раздулись от прилива ярости. Наверное, я перегнула палку. Пощечина была звонкой и болезненной, тут же заставила прикусить язык и схватиться за зудящую щеку.

— Еще одно слово и мыло жрать будешь кусками!

— Я вырасту и отберу у вас все, что вы украли у моего отца!

Глотая слезы и сжимая руки в кулаки.

— Договорились! Отберешь! А пока что заткнись или я за себя не отвечаю!

— Идите на хрен!

— Чтооо?!

Замахнулся и я зажмурилась, зажала губы, чтоб не ударил по ним. Дернулась в его руках, и майка почти свалилась вниз, зацепилась за кончики груди. Барский посмотрел вниз, его кадык судорожно дернулся, он тут же взревел, схватив меня за волосы отшвырнул от себя с такой яростью, что я пролетела через весь кабинет.

— Я сказал к себе! Быстро! Иначе я тебя придушу! Ясно? Пошла вон, дура малолетняя!

Это была даже не ярость он вдруг перестал быть вменяемым и адекватным. Я даже не подозревала, что он может быть таким бешеным и ненормальным. Стало страшно и я бросилась вон из кабинета к себе в комнату, заперлась там и залезла в кровать под одеяло. Чокнутый псих! Я ведь просто вышла к нему… просто увидеть хотела. Идиотка. А он не хотел. Он пришел отапгрейдить твою клетку, Сенька. На хрен ты ему не сдалась. Его тошнит от одного твоего вида. Омерзительна ты ему как насекомое. И смотрит он на тебя, как на тварь ползучую и отвратительную. Я проревела тогда всю ночь и уснула только под утро, но когда его машина отъезжала от дома, проснулась и бросилась к окну, провела взглядом, проклиная и его, и его семью, к которой он уезжает и любит их… а меня дрессирует и держит при себе, чтоб денежки не уплыли.

Ненавижу ублюдка. Вырасту и сделаю все, чтоб у него отобрать то, что он отнял у меня. За все отомщу.