Вот понимала, что сейчас меня точно раздавят об этот стол и останется только мокрое место, а заткнуться не могла. Вот не выходило у меня. Не могу молчать, когда кого-то распотрошить хочется и правда прет изо всех дыр как песок с сетки. Я зажмурилась, приготовившись, что он сейчас меня убьет, но жестокие пальцы вдруг разжались и он сел обратно в свое кресло. Я схватилась за голову, медленно приподнимая ее и снимая с волос спагетину. Барский набирал чей-то номер, как ни в чем не бывало и вытирал руки салфетками… после меня, разумеется.
— Паша, чтоб через час у меня был. Что там с квартирой? Готова? Отлично. Возьмешь это недоразумение с утра, переоденешь и отвезешь туда. Башкой за нее отвечаешь. Удерет я с тебя три шкуры спущу.
Что? Нееет! Он же обещал меня отпустить!
— Какую квартиру? Вы с ума сошли? Не надо квартиру. Мне… мне домой надо.
Я вскочила и побежала, но меня сцапали едва я только приблизилась к двери. Притом так легко поднял, как перышко. Перекинул через плечо, продолжая говорить по телефону.
— Да, я сейчас уеду, а эту отвезешь куда я сказал.
— Я никуда не поеду! Ясно! Никудааа!
Швырнул меня во вторую комнату прямо на пол, как мешок и запер дверь с другой стороны. Я тут же бросилась колотить в нее руками и ногами.
— Чтоб уже завтра я знал о ней все. Нет. Не вечером, а днем. И про сутенера ее узнай. Душу с него вытряси, да хоть яйца на китайские палочки наматывай, но чтоб он заговорил. И шалав его всех допроси, не то скажи я его точку завтра закрою и Корейца сюда запущу. Завтра я хочу знать об этой… все. Давай. Работай.
Зачем я сказала про убийство?… Ну все теперь меня точно убьют. Завезут куда-то и там… я снова начала биться в дверь.
— Заткнись! — кулаком где-то там, где моя голова и я дернулась, — Не то тебе вколят успокоительное прямо в твою тощую задницу.
— Я правда все наврала! Клянусь. В интернете все прочла правдаааа! Отпустите меня. Я просто шлюшка… а к вам второй раз случайно попала. Правда-правда случайно. Ну пожалуйстааа я всего лишь деньги зарабатывала. Каждый как умеет. Отпустите…
Дверь внезапно распахнулась, и он появился на пороге. Злой какой-то, глаза ледяные сверкают, как снег на солнце.
— Правда шлюшка? Неужели?
Я яростно закивала, и он вдруг захлопнул дверь и принялся расстегивать ремень у меня от ужаса глаза округлились.
— Вы чего?
Попятилась назад по полу, судорожно сглатывая внезапно испарившуюся слюну.
— Ну ты ж заработать пришла. Сейчас работать будешь!
Едва он расстегнул первую пуговицу я зажмурилась и глаза ладонями закрыла. Он наклонился и схватив меня за шиворот поднял с пола…
— В чем дело? А как же работа?
— Не надооо, — всхлипнула и по щекам все же потекли слезы. — я навралааа… проститеее!
— Дура малолетняя!
Швырнул обратно на пол и вышел из комнаты, опять повернулся ключ в замке. Я слышала, как он там ходит, одевается и слезы по лицу размазывала, обхватив ладонями пылающие щеки… а перед глазами его пальцы, расстегивающие ремень и внутри все сжимается и в то же время сводит живот от чего-то необъяснимо мощного… Еще никогда и ни на кого я не смотрела вот так как на него и никого я не ненавидела настолько сильно как этого ублюдка.
ГЛАВА 7
Меня заперли в четырех стенах в какой-то отвратительно шикарной квартире, которая теперь стала моей клеткой. Заперли в полном смысле этого слова, и я ни черта не понимала зачем это сделали. В течении первых суток сюда даже никто не приехал. Я бродила по пустым комнатам, где все пахло свежим ремонтом и не имелось ни малейшего слоя пыли и в каждой комнате, а я насчитала их штук шесть (зачем людям такое общежитие?) минимум мебели. Хотелось что-то развалить или разбить, но было нечего. Все шкафы несдвигаемые и дверцы «несломаемые». Окна жалко, ведь я замерзну. Я разбила пару тарелок, но, когда взялась за третью в доме что-то мерзко затрещало. Оказалось, там есть телефон. Обыкновенный, кнопочный, со шнуром из стенки.
— Да! — рявкнула в трубку, все еще сжимая тарелку дрожащими пальцами.
— Разобьешь еще одну — жрать, как ты любишь говорить, будешь с пола. — голос Барского прозвучал совершенно неожиданно для меня, я даже подпрыгнула на месте, — Твой обед в дороге.