Его слова вернули ее на землю, она посмотрела на него рассеянным, затуманенным взглядом.

– Но я так хочу тебя…сейчас и сегодня.

Он несколько секунд смотрел на нее, потом вдруг резко подхватил за талию и прижал к стене.

– Хочешь? – прорычал ей в лицо, и она побледнела, глядя на его приоткрытый рот и обезумевший взгляд.

– Дико хочу.

Он прижался губами к ее груди через шелк блузки, обхватил сосок и прикусил. Лина вскрикнула, а Влад приподнял ее юбку и скользнул между ее ног по влажной материи трусиков.

– Вот так хочешь?

Отодвинул полоску материи и проник в горячее лоно пальцами. От неожиданности она громко застонала. Лина тряслась как в лихорадке. Он смотрел ей в лицо и зверел от желания. Проникая глубже пальцами, выскальзывал наружу и нежно тер ее затвердевший клитор пока не почувствовал, как она замерла в его руках, а потом протяжно застонала, содрогаясь всем телом. От желания болело в паху и свело скулы. Он бы сейчас имел ее до утра на постели выбивая эти стоны наслаждения снова и снова, но ему нужно уйти. Влад нашел ее пересохшие губы и жадно поцеловал.

– Все будет. Чуть позже. Не сегодня.

– Правда? – этот вопрос прозвучал так по-детски наивно, что на его губах появилась улыбка.

– Правда.

Она кивнула и обхватила себя руками, силясь унять дрожь.

***

"Вот, что значит любить не человека, как же все сложно", – подумала Лина, устраиваясь на его плече. Пальцы Влада перебирали ее локоны, успокаивая, убаюкивая. После выпитого вина приятно шумело в голове, а веки стали тяжелыми. Она не заметила, как уснула.

Лина проснулась от чьего-то нежного прикосновения к ее лицу. Она открыла глаза, Влад лежал рядом и осторожно гладил ее по щеке.

– Ты был здесь всю ночь?

– Отлучался ненадолго. Но тут же вернулся. Доброе утро.

– Привет.

Они улыбнулись друг другу. Лина встала с постели и пошла в ванную.

– Надеюсь, я не храпела.

Он засмеялся.

– Нет, не храпела. Спала, как ребенок.

– Впервые, после смерти папы.

Лина открыла кран и плеснула в лицо холодной водой.

– Помнится мне, что и в прошлый раз со сном у тебя было все в порядке.

– Тогда ты тоже остался на ночь.

Лина смотрела на него через зеркало.

– А мне казалось, вампиры не отражаются в зеркалах, – сказала она и принялась чистить зубы.

– Отражаются, как видишь.

Лина вытерлась полотенцем и начала расчесывать волосы.

– Позволь мне. Я буду осторожен.

Она с улыбкой протянула ему расческу.

– Значит ты бессмертен?

– Да, если, конечно, в меня не вонзят осиновый кол, или любую другую деревянную штуку.

– Вампира можно убить?

– Если пронзить его сердце.

– Я это запомню.

Они смотрели друг на друга через зеркало.

– Я думала, о тебе и Самуиле.

Рука Влада остановилась.

– Так не должно быть. Ты не можешь вечно его ненавидеть. Пусть он лгал, но я уверена, что это из любви. Разве ты не чувствовал, как он к тебе относился?

Влад опустил глаза, продолжая усердно расчесывать ее волосы. Прядь за прядью.

– Почему ты молчишь? Неужели можно возненавидеть вот так, за одну секунду?

– Можно возненавидеть за мгновение, Лина.

Она решила, что это предупреждение и его слова относятся именно к ней.

– Но это глупо. Прошло слишком много времени, люди меняются и …

– Мы не люди. Для нас каждое столетье – как для смертных один год. Так что, не так уж много времени прошло для вампира.

– Тогда, что я в твоей жизни? Как долго мы сможем быть вместе? Я не бессмертна.

Ему не нравился разговор, который она затеяла.

– С тобой все по-другому. С тобой время останавливается.

– Ты должен попробовать понять Самуила. Все делают ошибки, я уверенна – он раскаялся. А у тебя появилась семья. Родной отец! Я бы все отдала, чтобы мой оказался рядом.

Влад привлек ее к себе.

– Скучаешь по нему?

– Очень. Будь он сейчас со мной – я бы вас познакомила.

– Ты бы сказала: " Познакомься, папа, мой парень – вампир"?

Лина повернулась к нему.

– Нет, я бы сказала: "познакомься папа – вот тот, кого я…», – она замолчала.

– Кого ты – что? – его взгляд стал испытывающим. Влад жадно ждал ее ответа.

– Кого я люблю.

Лина произнесла это слово и поняла: она сказала «ЛЮБЛЮ» впервые в жизни.

– Это правда? – Влад выглядел оглушенным, удивленным, в его глазах застыло недоверие, – Ты меня любишь?

Девушка опустила глаза, но он заставил ее посмотреть на себя, удержав за подбородок.

Она кивнула, а сама подумала: "Дура! Знаешь его всего-то пару недель, думаешь, он тебе поверит?"

– Мне никогда, и никто не говорил таких слов, – прошептал Влад и вдруг очень сильно прижал ее к себе, у Лины потемнело в глазах.

– За них можно умереть, – сказал он и немного ослабил хватку.

– Тебя любит твой отец, и он страдает, зная, что ты его ненавидишь.

– Думаешь, страдает?