– Да хоть голая пойду, босиком, по снегу. Без копейки, без гроша. А вы меня не пугайте, не из пугливых, за меня есть, кому постоять, а ваших жалких подарках я не нуждалась, и нуждаться никогда не буду.

С этими словами я сорвала с пальца кольцо, которое он мне подарил, и бросила ему в лицо.

– Я расторгаю нашу помолвку, и пусть ваши люди будут тому свидетелями!

Я с ненавистью смотрела на своего жениха, на его некрасивое искаженное гневом лицо. Осмотрелась, выискивая пути к отступлению, или какое либо оружие, но кроме конских сбруй и уздечек в конюшне ничего не было.

– Я выхожу замуж за другого… – я не успела договорить, князь подскочил ко мне и наотмашь ударил по лицу. У меня загудело в голове, а во рту появился соленый привкус крови. Я прижала руку к разбитой губе.

– Прекратить немедленно! – рявкнул Потоцкий – Значит так! Я прекрасно знаю, кто прячется в этом доме, и на чью помощь вы рассчитываете и если вы хотите ему смерти, то продолжайте в том же духе!

Я побледнела, попятилась назад и упала в мягкое сено, голова стремительно кружилась, и ноги отказывались подчиняться.

– Неужели ты думала, что я позволю тебе добровольно сделать из меня посмешище? О нет, моя милая, за дверью комнаты, где ты прячешь этого подлеца стоят мои люди, и они растерзают его на куски стоит мне приказать. И никто меня за это не осудит. Ты этого хочешь? Он здесь один и он ранен, мои люди выпустят ему кишки как свинье на бойне!!! Если ты не поедешь со мной! А что бы исключить погоню и всякое преследование со стороны твоего любовника, ты напишешь ему записку. Напишешь, что все, что было это ложь, что ты просто его обманула из кокетства или из-за чего угодно, а теперь ты едешь к своему жениху, которого любишь, а ему желаешь счастья. Ясно? Или не важно, что ты там напишешь, главное, что бы он в это поверил, а затем мы уедем, и ты будешь дожидаться свадьбы в моем доме!

– Я не буду этого писать.

Я с ужасом представила, что теперь будет, как жестоко со мной разделается Николай, когда я окажусь в его власти. Но еще больше – как сильно возненавидит меня Гриша.

Потоцкий кивнул своим людям и те пошли к выходу из конюшни, на ходу заряжая револьверы.

– Нет, нет, я сделаю все, что вы хотите, все что хотите, прикажите им остановиться! – Я в отчаянье обхватила голову руками.

Потоцкий махнул рукой и трое головорезов стали как вкопанные.

– Бумагу и чернила, Яшка.

Долговязый и худой, как щепка, слуга кинулся выполнять поручение.

– Я буду писать прямо здесь?

– А что ты думала я дам тебе возможность войти в дом? Нет, ты теперь ни на шаг от меня не отойдешь. А письменные принадлежности я всегда вожу с собой. Вместе с доской для письма. Иногда мне приходиться много времени проводить в седле, и я вынужден писать прямо в дороге.

Яшка появился через несколько минут и притащил с собой все, о чем просил князь.

«Дорогой Григорий Сергеевич, простите если обидела Вас, дав ложную надежду, но то лишь была моя Вам благодарность за то, что Вы спасли мне жизнь. Не держите зла на меня, может, не ведала что творю, но на миг мне показалось, что я могу быть с Вами. Но это лишь на миг. Я вынуждена уехать, что бы сохранить верность возлюбленному жениху моему и венчаться с ним в срок. Еще раз искренне прошу Вас простить меня. Поправляйте свое здоровье в моем имении столько, сколько потребуется, мои люди в Вашем распоряжении. Думаю и жених мой не стал бы возражать, тем более после того что Вы для меня сделали, буду рада ему о Вас поведать и о вашей чести, и благородстве. Низкий поклон Вам.

Прощайте.

Екатерина Павловна Соболевская».

Дрожащей рукой подала письмо князю. И, кажется, сердце на части порвалось, кровью истекло, я буквально чувствую, как она капает внутри и обжигает глаза слезами. Тот вырвал у меня бумажку и жадно пробежался по ней глазами. Затем злобно ухмыльнулся.

– Вы великая актриса Екатерина Павловна, от кого это в вас? Наверняка от папаши – француза, ваша маменька явно большим умом не обладала.Ты, Яшка снеси записку Марте, домоправительнице и вели передать графу,…затем нас догонишь.

Николай больно схватил меня под локоть и потащил за собой.

– Идемте, сударыня, нам пора, у ворот с другой стороны, нас ждет моя карета.