Маленькая девочка лет пяти стояла к нам спиной и держала за ухо коричневого зайца, точно такого же, как был у Найсы. Гуманитарная помощь с материка. Она громко плакала, и ее голос эхом разносился по пустому складу.

– Эй, малышка, ты как тут оказалась?

Нам не ответили, девочка продолжала плакать. Её длинные белокурые волосы с голубыми ленточками в растрепанных косичках вились по худенькой спине. Я смотрел на ее одежду, а по коже табунами мурашки идут – тоненькое шерстяное платье до колен и носочки, спущенные на такие же ярко-голубые туфельки. Что она может делать одна на заброшенном складе в мертвой зоне? За стеной?!

– Реган, двигай к выходу.

– Надо забрать её отсюда.

– У нас приказ, Реган. Никого не выводить за пределы периметра!

– Да плевал я на приказы! У меня дочь её возраста, молокосос! – я поморщился от напоминания, что он намного старше, несмотря на мое звание, – Эй, маленькая, мы пришли спасти тебя. Успокойся, теперь все будет хорошо. Иди ко мне. Я вынесу тебя отсюда.

Внутри меня расползалась паутина панического ужаса. Невыносимая тревога и отчаянный страх. Я медленно шел спиной к выходу и держал автомат наготове, чтобы прикрыть, если что, младшего офицера. Словно в замедленной кинопленке Реган склоняется к девочке, разворачивает к себе, и, прежде чем я успеваю закричать, вижу светящиеся глаза ребенка, а уже в следующую секунду она вгрызается широко раззявленным ртом в лицо Регана, и тот хрипло орет мне:

– Уходи-и-и, Райс! Пристрели и уходи! Уходи-и-и, мать твою! – Реган завалился на спину, а девочка нависла над ним, вгрызаясь ему в горло.

Я раздумывал ровно секунду, а потом выстрелил офицеру в голову и бросился к выходу со склада. Я уже ничего не видел, паника овладела мной настолько, что казалось, я с ума сойду. До меня начало доходить, что именно тут происходит. Не-е-ет – это не блядские роботы корпорации и не очередной военный эксперимент. Это те… те, кто остались в мертвой зоне… те, кто были раньше людьми. Вот почему нам отдали приказ убивать раненных метами. Они заразны.

– Командир Райс, где вы?! Ворота закрываются. Врубили электричество! Вы там скоро?!

Не могу ответить, у меня отнялся голос, я просто бегу к тем самым воротам, оглядываясь назад и видя, как медленно приближаются светящиеся точки из темноты. Я упал на землю, прокатился через проем внизу и увидел, что к нам бежит залитый кровью Шарни. Он что-то кричал и махал руками. Еще немного, и он так же, как и я, пролезет снизу. Я помню, что должен его остановить.

Сам не понял, как вскинул автомат и прошелся по нему очередью. Ворота стукнулись о землю, подняв клубок пыли, а я провалился в бездну.

Когда пришел в себя, оказалось, что выжил только я. ИЗ ВСЕХ. Погибли даже те, кто оставались снаружи. Меня же наградили за отвагу при выполнении спецзадания и временно отправили в отпуск домой. Подлечить нервы.

Я бы мог им поверить… мог бы решить, что меня контузило взрывом… но было одно «но». Мой сотовый исчез, а когда мне его вернули, он был полностью отформатирован, и записывающая рация оказалась безнадежно испорченной. Кто-то очень хотел, чтобы я решил, что это последствия ранения и видения из-за психологической травмы. Я потерял там всех своих людей. Я обрек их на верную смерть. Но меня нахваливали, кололи психотропными, кормили деликатесами и делали вид, что я самый настоящий герой.

У меня никогда в жизни не было кошмаров. До этого дня… Теперь они будут меня мучать каждую ночь.

Я шел по длинному коридору в пятый сектор. Секретная служба по расследованию внутренних служебных преступлений. СРВСП. От одного упоминания этой аббревиатуры нормального солдата тут же бросало в холодный пот. Даже если ты не совершил ничего криминального, работник СРВСП найдет к чему придраться и за что тебя посадить или казнить. Тайная разведка Корпорации вне ведомости императора. Самостоятельный карательный орган, работающий на Свободную республику и имеющий полномочия обезглавить даже членов императорской семьи и его самого, если будет доказана измена Родине.

Из стен пятого сектора многие не возвращались. Получить сюда вызов означало либо серьезное повышение, либо полное падение. Естественно, статистически второе намного превышало первое.

У меня отобрали табельное оружие, документы, сотовый телефон, ручку и даже ремень. Заставили вытащить шнурки из ботинок. Да, я солдат подразделения «Черный орел». Идеальный убийца. И моим оружием может стать что угодно: скрепка, запонка или расческа. Я могу убить вас спичкой, если мне это потребуется. Только черта с два я был сейчас способен об этом думать – у меня руки тряслись. Тремор не проходил уже неделю. Примерно столько же я нормально не спал. Стоило закрыть глаза, я ту девочку видел. Приспущенные голубые носочки и тонкие ножки, а потом и ее оскаленную пасть.