Моя голова кружится, я не могу понять, что происходит. Его рука обхватывает мою шею, но не жёстко, а так, чтобы я не могла двинуться. Его пальцы скользят по коже, медленно продвигаясь вниз. Мои ноги дрожат, но он держит меня крепко.

Когда его пальцы находят край моего платья и скользят под него, я замираю. Его рука, тёплая, обжигающая, легко скользит по внутренней стороне моего бедра. Я чувствую, как дрожь разливается по всему телу. Я не могу решить, что меня больше захлёстывает — паника или что-то гораздо опаснее.

— Ты такая гладкая, — хрипит он, опускаясь ниже. Его пальцы касаются меня сквозь тонкую ткань белья, и я резко всхлипываю, сжимая кулаки.

— Не… прошу тебя… — мой голос прерывается, но его пальцы уже двигаются. Он медленно скользит ими вдоль моих складок, едва касаясь, но даже этого достаточно, чтобы я вздрогнула.

— Твоё тело говорит совсем другое, — шепчет он мне на ухо, обжигая горячим дыханием.

Его пальцы становятся смелее, надавливают сильнее, скользят вверх-вниз по моим влажным складкам. Я не могу остановить себя — моё дыхание учащается, губы раскрываются, и я издаю тихий стон, который мне не удаётся сдержать. Его рука сжимает мою шею чуть сильнее, как будто он хочет удостовериться, что я чувствую его власть.

— Вот так, — рычит он, его голос дрожит от едва сдерживаемого желания. — Привыкай ко мне. Я не остановлюсь.

Его пальцы находят мой клитор и начинают медленно массировать его круговыми движениями. Сначала мягко, потом сильнее потирать вверх-вниз сжимать легонько подушечками пальцев. Я закусываю губу, чтобы не издать ещё один стон, но это бесполезно. Моё тело предаёт меня. Оно реагирует на каждое его движение, как будто я создана для этого.

— Бляяяядь. сука…охуеть, ты такая мокрая, — хрипит он, двигая пальцами быстрее. Он знает, что делает. Он знает, где нажать, где надавить сильнее. Моё тело напрягается, мои ноги раздвигаются.

Его пальцы внезапно скользят внутрь меня сразу несколько. Я резко вскидываю голову, мои ногти вцепляются в его плечи, но это не останавливает его. Он двигается медленно, но глубоко, словно хочет изучить меня изнутри. Пальцы сгибаются, находя ту самую точку, и я не могу удержаться — мой стон срывается с губ громче, чем я ожидала.

— Вот так, воробышек, — он рычит, его дыхание становится тяжелее. — Я заставлю тебя забыть обо всём. Ты привыкнешь ко мне.

Мои бедра невольно двигаются ему навстречу. Я больше не контролирую своё тело, оно принадлежит ему. Его пальцы двигаются быстрее, сильнее, нажимают на ту самую точку снова и снова. Я чувствую, как меня накрывает, как волна удовольствия медленно, но неумолимо поднимается из живота и разливается по всему телу.

Когда я окончательно сдаюсь он рычит и обхватывает меня сильнее, прижимая к себе так, что я слышу его бешено колотящееся сердце. Оргазм срывает меня в бездну я кричу а он быстро толкается пальцами внутри, так быстро что я зашлась в крике…я прям чувствую как теку ему на руку слышу звук своего падения.

И именно в этот момент я понимаю, что это не конец. Это только начало того, что нас ждёт впереди.

— Не хочеь? Да ты вся брызгаешьсяч желанием…но я не возьму тебя пока иы не станешь умолять! Я е войду пока ты не попросишь.

— Никогда! — хриплю я, а он усмехается, облизывает мокрые пальцы, заводит машину. Мы срываемся с места выезжаем на трасу. Он врубил музыку на всю, курит. А я смотрю на его профиль. Орлиный нос густые брови, коротко стриженные волосы Грубая, но яркая кавказская красота. Зачем я ему? Он играет со мной как кошка с мышкой. Выплатил мой долг…Что ему нужно?

«Все. Мне нужно все»

Вздрагиваю и судорожно вздыхаю. Трусики насквозь мокрые. Ляжки мокрые. Я так кончала что все собой забрызгала. И мне безумно стыдно. Взгляд вниз, его брюки топорщатся, большая длинная выпуклость говорит о том что он возбужден… И это почему то опаляет меня горячей волной.

Он привозит меня домой. Высаживает из машины.

— До встречи Воробышек.

— Если у меня нет долга…то чего ты хочешь?

— ТЕБЯ! — хрипло говорит он и срывается с места.

День начался как обычно. Долг, адрес, фамилия. Всё по накатанной. Очередной идиот решил, что может не платить, спрятаться, выкрутиться. Но я таких выдираю из щелей за волосы и ставлю перед фактом. Этот был особенно самоуверенный. Думал, что раз за ним никто пока не пришёл, то его забыли. Наивный. Мы никогда не забываем.

Я приехал к нему домой в первой половине дня. Квартира обычная, хреновая. Дверь открыл сам должник — молодой, лет двадцати пяти, с потным лицом и тревожными глазами. Уже боялся. Узнал меня сразу. А я даже не успел поздороваться.

— У нас с вами есть разговор, — сказал я спокойно, входя внутрь без приглашения.

Он попятился.

— Я… Я говорил вашим… Я скоро всё отдам…

— Когда?

Он сглотнул, дёрнул плечом, не зная, куда деть руки.

— В следующем месяце…

Я шагнул ближе.

— Ты опоздал на три.