Мы останавливаемся на поляне. Вокруг высокие деревья, воздух свежий и чистый. Охотники начинают расставлять капканы и готовить оружие. Я вижу, как Шах ходит вокруг, его присутствие всегда тяжёлое и угрожающее. Марат держится подальше от него, сосредоточенный на подготовке.

Его жена, Ирада, держатся особняком. Она кажется нервной, постоянно поправляет свои очки и отходит в сторону. В её движениях сквозит какое-то скрытое напряжение. Возможно, в их семье не всё так гладко, как кажется на первый взгляд.

— Как можно терпеть этого урода? — раздается чей-то шепот за спиной. — Он изменяет ей, у него куча любовниц, шлюх.

— Кто знает. Говорят, они поженились в юном возрасте и ее отец миллионер.

— Шах тоже несметно богат…

— Мечтаешь оказаться в его постели?

— Скорее представляю, что мне за это будет. Я бы не отказалась от нового дома и тачки.

Украдкой обернулась. Две женщины за моей спиной перешептываются и смотрят на Шаха и Ираду. Я бы с этой тварью рядом не стояла даже за миллиарды. Я бы скорее всадила ему нож в горло.

Чуть позже раздаётся сигнал — кабан замечен. Все напрягаются, готовятся к действию. Я остаюсь возле машины, не участвуя в охоте напрямую. Но наблюдаю, как Марат и другие охотники начинают преследование. Кабана загнал Марат, его выстрел оказался точным и смертельным. Все вокруг аплодируют, поздравляют его. Но я вижу в его глазах только пустоту.

Вечером нас ждёт ужин на свежем воздухе. Столы накрыты, блюда приготовлены. Шах сидит во главе стола, его жена рядом. Я стараюсь держаться подальше, но замечаю, как он постоянно на меня смотрит. Этот взгляд хищника, и от него мне становится не по себе.

Я сижу рядом с Маратом, пытаясь скрыть своё беспокойство. Еда не лезет в горло, но я заставляю себя есть. Разговоры вокруг кажутся пустыми, все обсуждают удачную охоту.

Шах поднимает тост, его голос звучит громко и властно. Он говорит о дружбе, о совместной работе, но в его словах я слышу скрытые угрозы. Он постоянно поглядывает в мою сторону, и от этого мне становится ещё хуже.

После ужина я извиняюсь и иду в туалет. Темнота уже опустилась на лагерь, и я иду по тропинке, стараясь не споткнуться. Внезапно из тени выходит Шах. Впервые он совершенно один. Без своей постоянной охраны. Его глаза горят огнём, он приближается ко мне, и я чувствую, как внутри всё сжимается от страха.

— Куда так торопится крошка? Пописать? Хочешь я посторожу, чтоб никто не увидел? — его голос омерзителен и меня тут же начинает тошнить. — Меня возбуждает подсматривать за девочками…когда они идут в туалет.

Он хватает меня за руку, его прикосновение грубое и болезненное. Я пытаюсь вырваться, но его хватка слишком сильна.

— Отпусти меня! Я закричу! — говорю я, стараясь не выдать свой страх. Но он только смеётся, его лицо искажено злобной ухмылкой.

— Ну чего ты боишься? Я уже все там видел… я даже там побывал. Признаться я часто вспоминаю твою узкую дырочку. Но кричать не надо…можешь тихонечко постонать.

Я пытаюсь сопротивляться, но он сильнее. Его руки грубо скользят по моему телу, и я чувствую, как паника захлёстывает меня. В этот момент из темноты выскакивает Марат. Его глаза полны ярости.

— Что тут, бля, происходит! Отойди от нее!

— О, а вот и твой муж. Прекрасно. Получим его благословение. Ну что, Марат, — начал Шах с мерзкой улыбкой, — Сегодня ночью я хочу трахнуть твою Алису. Ты можешь погулять. Давай-давай. Исчезни. Ты нам мешаешь. Я решил, что хочу иногда потрахивать твою курочку. Ты же поделишься, м? Или мне взять ее силой?

Мои глаза расширились от ужаса. Как он смеет? Вижу, как Марат напрягается, его руки сжимаются в кулаки. Лицо краснеет от дикой, бешеной злобы, он буквально трясётся. Ещё мгновение, и он кидается на Шаха.

— Сука! Ты что совсем охренел?! — рычит Марат, врезая Шаху в лицо. Удар настолько силен, что Шах отлетает назад, падая на землю. Кровь брызжет из его носа. И я слышу хруст — нос сломан.

— Это МОЯ женщина! Моя! Запомни, бля! МОЯ!

Шах падает, но тут же пытается встать, его глаза полны злобы.

— Ты, ублюдок! — орёт Шах, сплёвывая кровь. — Ты пожалеешь об этом. Убейте его! Убейте их обоих!

Его люди, возникшие из ниоткуда, бросаются на Марата. Но он раскидывает их как паршивых котят. Я чувствую, как страх захлёстывает меня, но внутри просыпается что-то большее — решимость. Марат, не теряя самообладания, быстро оценивает ситуацию. Он хватает меня за руку и кричит:

— Бежим!

Мы мчимся к машине, ноги подкашиваются, но я стараюсь не отставать. Слышу, как позади нас раздаются крики и топот ног. В голове только одно — успеть, пока нас не схватили. Дорога до машины кажется бесконечной, каждая секунда растягивается в вечность.