Сдавленный выдох путается в моих волосах, сильные руки обвивают меня и цепко сжимают. Кожа нагревается от соприкосновения. Соски заостряются от трения об грудную клетку Димы, и желание большего взрывает всю мою сущность.
Резко вырываюсь из объятий и под вопросительный взгляд Титова сильно толкаю его в грудь, заваливая спиной на кровать. Он хочет что-то сказать, но я закрываю его рот губами. Хватит разговоров. Тем более о смерти. Мы живы. Мы здоровы. Немного не в ладах, но мы всё решим. Главное, мы вместе. Только это важно на данный момент.
Растворяюсь в поцелуе несколько обалденно сладких секунд, таю от мужских рук, скользящих по моей спине и талии, а после переключаюсь на его шею. Вдох… Выдох… Поцелуй. И сразу же спускаюсь ниже, к его груди и прессу, где тоже оставляю множество поцелуев. Добираюсь до низа живота, прикусываю кожу возле пупка, и лишь когда задеваю пальцами резинку штанов, ощущаю прилив смущения со страхом. Однако эти неприятные чувства тут же растворяются, стоит мне поднять взгляд к лицу Димы и увидеть в глазах отблески собственного кайфа.
– Ты ведь не думаешь, что я остановлю тебя, не так ли? – считав по взгляду мои планы, уточняет он, и я усмехаюсь.
Теперь уж точно не думаю. Видимо, Дима не настолько сожалеет о своей вчерашней агрессии, чтобы отказывать себе в минете. Пусть и наверняка не в самом лучшем в его жизни.
Чёрт! И зачем я об этом подумала? В голову тут же влетает череда отвратительных кадров, как ему отсасывают другие женщины. С трудом отгоняю эту мерзость куда подальше – сейчас не время для злости и ревности. Спускаюсь на пол на колени, умещаясь между Диминых раздвинутых ног. Он приподнимается на локтях и наблюдает, как я стаскиваю с бёдер штаны вместе с боксёрами, выпуская член на волю, который оказывается всего в нескольких сантиметрах от моего лица.
И вот теперь я натуральным образом сгораю – от смущения, от восторга, от волнения и от желания изучить член Димы всеми возможными способами.
Я уже имела честь оценить его размеры рукой, а теперь ещё и вижу его крупным планом при дневном свете. Диме стопроцентно виден алый цвет моего лица, пока я любуюсь каждым сантиметром его достоинства. Рассматриваю каждую вздутую венку и поблёскивающую каплю желания на конце головки. Сглатываю и непроизвольно провожу языком по пересохшей нижней губе.
– Ты смотришься там бесподобно, – с выдохом произносит Дима, и у меня наконец получается оторвать взгляд от члена и посмотреть на Титова.
Его глаза – обжигающий лёд.
Снова нервно сглатываю, прежде чем насмешливо спросить:
– Это намёк на то, что мне нужно чаще вставать передо тобой на колени?
– Только ради минета и только, если сама захочешь этого.
Разве он мог сказать мне что-то лучше? Не думаю. Дима всегда подбирает верные ответы, что заставляют меня влюбляться в него ещё сильнее и укрепляют желание сделать ему приятно.
А сейчас я не просто хочу, я жажду этого. Не для того, чтобы таким образом искупить свою вину, а потому что мечтаю свести его с ума от удовольствия. Только как это сделать? Ума не приложу.
– Ты скажешь мне, как тебе нравится? – тихо выдохнув, спрашиваю и обхватываю член пальцами.
Дима вмиг напрягается, мышцы пресса сокращаются.
– Только не говори, что ты никогда не делала минет, – его голос звучит ниже обычного и с толикой надежды на то, что я отвечу утвердительно, но увы.
– Тебе никогда не делала.
Мне не хотелось бы, чтобы Дима думал о других мужчинах, которым я делала минет. Да и делала я всего одному – Егору. Однако Диме неизвестно это. Он уже явно начал рисовать в уме всех моих предыдущих партнёров. И судя по дьявольскому огню, загоревшемуся в голубых глазах, страшно представить, сколько он себе их надумал.
С целью поскорее отвлечь Титова от ненужных мыслей обхватываю член сильнее и провожу несколько раз по всей длине, снизу-вверх и обратно. Придвигаюсь ближе и повторяю тот же путь языком, отправляя все моральные силы на то, чтобы не закрыть глаза и смотреть точно Диме в глаза.
– Я очень хочу сделать приятно тебе, – делаю акцент на последнем слове и слизываю солоноватую каплю, вынуждая Диму издать глухой стон. – Просто скажи, как тебе нравится.
Описываю языком круг по головке, продолжая водить рукой по члену. Дима со стоном выдыхает и усмехается. На миг становится не по себе. Наверное, я задала тупой вопрос. Полагаю, другие женщины в подсказках не нуждались.
– Давай сегодня забудем о моих предпочтениях, – спустя несколько мучительных секунд вполголоса произносит Титов. – Делай так, как хочется тебе. А мне в любом случае понравится, потому что это ты.