Выжимаю из себя улыбку, быстро запрыгиваю на пассажирское сиденье, пристёгиваю ремень безопасности и сильнее спускаю козырёк кепки, будто это скроет меня от слежки, если такая имеется.

– Да никто за нами не следит, успокойся, – уверенно произносит Егор, нажимая на кнопку зажигания. – Твоя семья наградила тебя паранойей. Расслабься. Всё будет в порядке, Кара. Ты не делаешь ничего плохого. Просто провожаешь друга.

– Мы теперь с тобой друзья? – усмехаюсь, бросая на Егора вопросительный взгляд.

– А как ты хочешь, чтобы я нас называл? Бывшие? Это звучит как-то грустно.

– Согласна, – киваю и замолкаю, повернувшись лицом к окну.

Говорить мне не хочется. Да и не знаю, о чём. Настроение полное говно, в отличие от настроения Егора. После моего согласия проводить его он не прекращает улыбаться как солнышко. Аж завидно.

– Значит, ты сегодня сбежала со свадьбы сестры? – выехав на шоссе, Егор нарушает затянувшееся молчание.

– Да.

– Чем тебе не угодил праздник года? Слишком большое количество лицемеров на квадратный метр? – с насмешкой спрашивает он.

– Что-то вроде того, – коротко отвечаю я, не зная, что ещё добавить.

Поразительно, как за короткое время два близких человека могут стать настолько чужими. Я вроде сижу рядом со знакомым мне Егором, с которым всегда могла говорить без умолку на всевозможные темы, но от чего-то чувствую себя некомфортно. В голове ни единого слова, ни одного вопроса. В воздухе повисает напряжённая тишина. Но, похоже, она давит лишь на меня. Егор же чувствует себя вполне расслабленно. Продолжает улыбаться и уверенно управлять автомобилем. Бросаю взгляд на его руки, удерживающие руль, но в памяти тут же всплывают руки другого мужчины, а после возрождается тот злосчастный случай аварии и все последующие недели, во время которых Титов был воплощением нежности и заботы.

«Я всего лишь думаю наперёд, как максимально облегчить мне этот брак. Поэтому и приходится, как ты выразилась, с ней возиться. Но это временно. Скоро у меня будет больше свободного времени для тебя.»

Чёрт! Невыносимо. Неужели я теперь всегда буду прокручивать его слова, сказанные Ангелине? Легче застрелиться, честное слово.

– Голова болит? – обеспокоенно спрашивает Егор, заметив, как я морщусь.

У меня всё болит. Каждая клеточка тела и души, но отвечаю:

– Да, это был слишком насыщенный день.

– Рассказать до сих пор не хочешь?

– Прости, Егор, но у меня нет на это никаких сил, – виновато произношу я. – Из меня сегодня отстойный собеседник.

– Ничего страшного. Для меня радость, что ты просто находишься рядом в мои последние часы на Морене. Я о таком даже не мечтал.

Он протягивает руку ко мне и берёт мою ладонь в свою. Переплетает наши пальцы, как делал это раньше очень часто. Я не отдёргиваю руку, ведь не хочу его обижать. Но удовлетворения не испытываю. Я ничего к нему не испытываю, кроме грусти и сожаления за то, что когда-то зря обнадёжила нас обоих.

– Может, хочешь вздремнуть? Ехать около часа, – предлагает Егор.

– Вряд ли мне удастся заснуть.

И это правда. Я устала по всем фронтам, но стоит прикрыть глаза, как на внутренней стороне век всплывает кадр с поцелуем сладкой парочки. В ушах на репите звучат Димины слова. Грудь пронзают тысячи кольев, и сна ни в одном глазу. Я просто прислоняюсь лбом к стеклу и безмолвно наблюдаю за пролетающими за окном пейзажами. Хотя «пейзажи» – это громко сказано. Ничего же не видно за границами автострады. Кромешная темнота. Лишь изредка можно заметить деревья, пальмы и редкие промышленные здания.

Ничего интересного и способного вызвать у меня эмоции за окном нет. Напрягаюсь лишь спустя минут сорок, когда мы зачем-то съезжаем с главной дороги и вливаемся в ветку, направление которой мне неизвестно.

– Почему мы поехали здесь? Нам же нужно было ехать прямо, – озадаченно перевожу взгляд на Егора. Он по-прежнему выглядит спокойнее некуда.

– Прямо нам нужно было бы, если бы мы вылетали из обычного коммерческого аэропорта.

– А откуда вы вылетаете?

– Из частного аэропорта на частном джете, предоставленным нашим спонсором.

– Ничего себе! – несказанно удивляюсь. – Это какому такому щедрому спонсору вы приглянулись?

– Не думаю, что его имя тебе что-то даст, – туманно отвечает Егор, и меня это тревожит.

– Насколько понимаю, это кто-то из Золотой десятки. Только у Золотых семей есть свои частные аэропорты.

– Да.

– Да? И всё? – любопытство набирает обороты, я неотрывно смотрю на профиль Егора.

– Прости, Кара, но я не могу сказать. Не потому, что не хочу. Просто это конфиденциальная информация. Мне нельзя её раскрывать, дабы не нарушить контракт.

Хм… Странно. В чём заключается секрет – не понятно. Но ладно. Нельзя, так нельзя. Не стану настаивать даже несмотря на то, что странное чувство тревоги прогрессивно усиливается по мере того, как мы приближаемся к аэропорту.