Я уже собралась вытащить свою руку из ладони Райдера, как он вдруг снова прижал меня к машине. И теперь уже мое сердце заколотилось по совершенно другой причине. Всё из-за странного, пронзительного взгляда Райдера. Словно радужные оболочки его тёмных глаз вспыхнули огнем, в их глубине отразился жгучий голод.

Я хотела было что-то сказать. Но вдруг Райдер обхватил мое лицо и обрушился губами на мои губы. Я затаила дыхание и остолбенела, от того, как рот Райдера пожирал мой — страстно, отчаянно и с таким диким желанием, что у меня прямо там задрожали ноги. Я скользнула руками к его груди, пытаясь крепко ухватиться за новое ощущение того, что мною овладевают вот так. Это движение лишь еще больше подстегнуло Райдера. Его язык сражался с моим, так властно, но в то же время нежно и ласково. Мое тело наполнилось живительным светом и пламенем, настолько, что заныла грудь, и мне пришлось стиснуть бёдра, поскольку внизу живота пробудилось теперь уже знакомое мне чувство.

Наконец, Райдер отстранился и, пока мы оба жадно хватали ртами воздух, прислонился лбом к моему лбу. Наши грудные клетки лихорадочно вздымались и опадали. Когда, наконец, наши изголодавшиеся легкие успокоились, Райдер провел большим пальцем по моей руке, прямо к обручальному кольцу.

— Я хочу тебя, Хармони. Поверить не могу, что ты моя жена. Что мы… что ты стала моей первой. Что я только что обладал тобой вот так…

Он отвёл назад голову и, касаясь губами моих губ, сказал:

— Такая чертовски красивая и идеальная. И моя. Действительно моя, во всех отношениях.

Я закрыла глаза, почувствовав облегчение от того, что и он тоже меня хочет.

— Но я тебя не заслуживаю. Ни капли.

Я открыла глаза. Мне хотелось ему возразить, сказать, что он заслуживает меня больше, чем кто-либо другой, но он уже отошел к машине и открыл дверь.

— Садись, детка, нам нужно ехать.

Я удивилась, почему он называет меня "деткой". Я никогда не слышала такого обращения по отношению к взрослой женщине, но в его тоне уловила нежность.

Детка.

Полагая, что Райдер знает, что делает, я села в машину, и Райдер скользнул на водительское сиденье. Он завел двигатель и выключил фары. Мы сидели в темноте. Райдер глубоко вздохнул. Я увидела, как он закрыл глаза и, кажется, сжал губы. Что-то его тревожило, он выглядел нервным, возможно, даже испуганным. От этого мне тоже стало страшно.

Люди дьявола.

Я понятия не имела, кто они такие. Но потом я подумала об этих рисунках на руках у Райдера, и всё начало обретать смысл. Он знал этих людей. Он очень хорошо их знал.

Я взяла его за руку. Райдер повернулся ко мне, и я слабо ему улыбнулась. Он вздохнул; он знал, что я уловила его страх.

Райдер поднес к губам мою руку, коснувшись целомудренным поцелуем моей кожи с ароматом ванили. Он выехал на дорогу и увез меня из тюрьмы, в которой нас так долго удерживали. Всё время пока мы ехали по тёмным извилистым дорогам, я не отпускала его руку.

Я не отпускала ее и тогда, когда почувствовала, как у меня внутри зашевелилось что-то темное. Когда Райдер вез меня в логово зла, и что-то у меня в сердце твердило мне, что у его ворот нас ждет боль еще страшней.

Поэтому я продолжала держать его за руку.

И поклялась держаться за своего мужа всем своим существом.

Поклялась никогда его не отпускать.

Райдер

Уносясь прочь от общины, я чувствовал, как во мне закипает жуткая смесь страха и адреналина. У меня перед глазами маячила только одна цель, одно место, куда я должен был доставить Хармони без каких бы то ни было происшествий. Это наш единственный выход. Теперь я лишь молился тому, кто там, черт его дери, нас оберегал, чтобы я ее туда довез.

Ей необходимо было туда попасть. После всего, что она пережила… бл*дь. У меня закружилась голова. Я только что на ней женился… Я только что с ней был. У меня горела кожа. Это было самое крутое ощущение на свете. Но в то же время я чувствовал себя так, словно её обманул. Она впервые в жизни отдалась мужчине… а я оказался гребаным мошенником.

Как по мне, я был хуже Иуды.

Я тревожно заёрзал на сидении и почувствовал на себе взгляд Хармони. Каждый раз, когда она совершенно точно угадывала, что я вот-вот сорвусь, ее маленькие пальчики немного сильнее сжимали мою ладонь. Но я не сорвусь. Я должен взять себя в руки и довести дело до конца. Брат Стефан, сестра Руфь, Соломон и Самсон на меня рассчитывают.

Больше часа мы ехали в тишине. Впереди показались предместья Остина. Я невольно взглянул на Хармони. Выпрямив спину и широко распахнув глаза, она внимательно смотрела на проносящийся мимо нас внешний мир. Крепко держа меня за руку, она жадно глядела на всё вокруг.