Без спроса стаскивает с меня шубу и бросает ее на пол. Рядом с ней валится красная книжка, о которой я совсем забыла.

– Что это? – Эзра приседает на корточки и поднимает дневник Бостона. – Разве это… Твое? – он замирает, не решаясь раскрыть страницы.

– Нет. Это Бостона.

– Он отдал это тебе?

– Да, в порту. Сказал, что я могу воспользоваться чистыми листами, когда мне будет больно.

– Черт возьми… – Эзра сжимает в руках дневник и склоняет к нему голову, чтобы я не видела глаз. – Черт-черт-черт… – вижу, как в напряжении изгибаются его брови, а на лбу проступает морщина.

– Но мне кажется, – я приседаю напротив. – Что тебе эти страницы нужнее. Чтобы ответить на его вопросы, – касаюсь щеки Эзры и призываю взглянуть мне в глаза. – Так будет проще вам обоим начать.

Взгляд черно-карих глаз задерживается на моем лице всего на секунду, затем Эзра резко притягивает меня к себе и крепко обнимает:

– Иди ко мне.

Я встаю на колени и обвиваю его плечи.

– Спасибо, – шепчет он вдоль моей шеи. – За то, что ты делаешь. За то, что ты есть, – Эзра подхватывает меня на руки, и я невольно взвизгиваю. – Тебя нужно согреть.

***

Эзра уносит меня ванную. И только там ставит на ноги. Смотрит мне прямо в глаза и аккуратно снимает с меня свитер. Он стоит в футе, не так близко, как хотелось бы мне, и продолжает оглядывать мое лицо. Затем безмолвно касается пальцами линии челюсти и плавно скользит вниз к моему подбородку. Касается моих губ. Обрисовывает их, внимательно наблюдая за движением своих пальцев. Мягко трогает. Я приоткрываю рот, но пальцы Эзры соскальзывают ниже. К шее.

Он ведет медленно, но надавливает на кожу. Я трепетно выдыхаю. Он следит за своими прикосновениями, которые уже обжигают линию между грудей. Эзра плавно расстегивает лифчик и спускает шлейки с моих плеч. Мое дыхание учащается. Между ног пульсирует. Я прикрываю глаза. Господи, как приятно. Как же хочется его ближе. Но Эзра не приближается.

Его руки нежно дотрагиваются до взбухших сосков. Я делаю вдох, и грудь приподнимается под горячими ладонями, ища более плотный контакт. Но пальцы Эзры не задерживаются и под пристальным взглядом черных глаз прокладывают путь к животу. Я забываю, как дышать. Прикусываю нижнюю губу и чувствую, как дрожат мои веки и ноги. Он расстегивает мои мокрые джинсы и приседает передо мной на корточки.

– Эзра…

Чувствую его дыхание на своих бедрах. Мягкое прикосновение носа и теплых губ. Он аккуратно стаскивает с меня трусики и целует, едва цепляя кожу внутренней стороны бедра.

– Я без ума от тебя, Серена, – его шепот щекочет мне колени. – Я у твоих ног. Всегда.

Эзра скатывает джинсы с моих ног, приподнимает одну и целует лодыжку.

– Мое совершенство, – целует снова, а по моим щекам льются слезы. – Не бойся. Я убью за тебя любого.

Я открываю глаза и смотрю на него сверху вниз сквозь слезы.

Мой превосходный Дьявол.

Который отдал сердце мне. И теперь я обязана его беречь.

– Больше, чем ад, Эзра, – нагибаюсь и касаюсь его лица.

Он встает на ноги, включает воду, чтобы наполнить ванну, и наконец обнимает меня.

– Тебе нужна горячая ванна, а потом – крепкий сон. Минимум часом восемь. Поняла меня?

– Да, – усмехаюсь и провожу ладонями вдоль его шеи. Мне так приятна его забота. Его волнение. Его любовь. Вот от чего по-настоящему становится тепло.

– Расслабляйся, – целует меня в губы. – Я скоро вернусь. И не бойся уснуть – мне не составит труда перенести тебя в постель.

***

Горячая вода обволакивает, и в теле расслабляется каждая мышца. Это было нужно. Я перестаю дрожать. Лежу с закрытыми глазами и начинаю отпускать этот день. Пусть он смоется вместе с грязью, вместе с мыслями, вместе с тем, о чем я не хочу думать.

Не Аленкастри.

– Черт возьми! – стискиваю зубы и ударяю ладонями по воде.

– Все в порядке? – Эзра без стука вваливается в ванную.

– Ты сидел под дверью?

– Да, – выражение его лица так и говорит: «А чему ты удивляешься?».

– Это называется сталкеринг, ты в курсе?

– Нет, – он подходит ближе и нависает надо мной, опираясь о борт ванны с обеих сторон. – Я всего лишь смотритель. За одной очень уникальной Пандой.

– Дурак, – обхватываю его шею и резко тяну на себя.

– Серена!

Руки Эзры соскальзывают с мокрого борта, и он валится прямиком в ванну.

– Твою ж мать! – кричит он.

Вода выплескивается за края ванны. Я смеюсь и подгибаю колени. Эзра в джинсах и майке выныривает между моих ног. Он вытирает лицо и кашляет, а я заливаюсь еще бо́льшим смехом.

– Кажется, Вы взмокли, мистер Нот, – не могу перестать смеяться. – Вымокли насквозь. А как же Ваши трусики? Они достаточно мокрые?

– Ах так?

Он брызжет водой мне в глаза и стягивает с себя футболку. Я щурюсь и прикрываю лицо руками. Эзра быстро избавляется и от джинсов, бросает их на пол и кидается ко мне. Я брыкаюсь, но он ловко ловит мои ноги.

– Попалась, Панда. Все вы такие неповоротливые.