— Если нет игры, то нет и правил, моряк. — Кончик ее языка проходится по нижней губе. Ее волосы намокли, и капли воды скатываются по красивому лицу, падая на обнаженные груди. — Ты ведь сам сказал, что уже давно не играешь со мной.

— А ты? — Я склоняюсь ниже, оказываясь в паре дюймов от ее губ.

— Как знать, — хитро прищуривается Астра, поглаживая член вверх-вниз. Я стискиваю зубы, превозмогая желание развернуть ее лицом к стене и взять сзади напористо и быстро.

Когда она такая игривая, мне с трудом удается сдерживать себя. Но я должен. У меня на нее уже совсем другие планы. Поэтому я не торопясь отвожу ее руку в сторону и слабо подталкиваю Астру к стене.

— Не нравится, когда я у штурвала, моряк? — Она бросает беглый взгляд на мой ярко выраженный стояк, торчащий вверх как гребаная мачта.

— Не нравится, когда меня отвлекают от главной цели.

Я подхватываю Астру под ногу нашими скованными руками и отвожу бедро в сторону, раскрывая ее перед собой. Она невольно ахает, когда большой палец свободной руки надавливает ей на клитор и, плавно скользя, спускается вдоль вульвы к мокрому входу.

— Кажется, я оставил в тебе кое-что свое… — Мой указательный палец проталкивается вглубь тесной киски, и с губ Астры срывается непроизвольный стон.

— Не парься, моряк. Я не собираюсь дарить тебе незапланированную тройню. — Она сдерживает подкатывающий всхлип, когда второй палец проникает в ее лоно, и я начинаю совершать поступательные толчки. — Я… — сглатывает, — на таблетках.

— Замечательно, — улыбаюсь, наблюдая за ее выражением лица: на щеках проявляется румянец, взгляд постепенно утрачивает ехидство, а брови сдвигаются, образовывая вертикальную морщинку. Стенки влагалища расслабляются, пропуская меня глубже. — Значит, в этот раз я наполню тебя доверху. — Я ласкаю ее быстрее, то сгибая, то разгибая пальцы. — А о тройне поговорим немного позже. Когда я сделаю «Тар Хилз» чемпионами мужского дивизиона, а потом пошлю этот гребаный баскетбол к чертовой матери и увезу тебя на другой край света.

— Если ты считаешь этот разговор возбуждающим, то круто ошибаешься. Поэтому заткнись. Помнишь? Мне нравится, когда твой язык во мне или за зубами. — Ревендж обхватывает мою шею, чтобы завладеть моими губами, но я отстраняюсь и вытаскиваю из нее пальцы, не позволяя ей кончить.

— Какого?.. — Тень разочарования с примесью раздражения окрашивает ее лицо. — Решил проучить меня?

— Я просто хотел вымыть тебя. А ты о чем подумала? — Тянусь за мочалкой, но Астра толкает меня в плечо.

— Издеваться вздумал? Тогда проваливай. — Вижу, как в ее глазах поблескивает гневный огонек.

— Не могу. — Выдавливаю на мочалку гель для душа с запахом миндаля и жасмина и вдыхаю полной грудью. Запах Астры. Становится все сложнее держать себя в руках. — Мы ведь скованы, забыла? А вытащить тебя обнаженной на улицу не позволит мое чувство собственности. Представляешь, с каким количеством придурков мне придется подраться из-за тебя?

— Моряк, я не шучу, тебе нужно лечить голову. Твои маниакальные наклонности в сочетании с агрессией и необоснованным желанием обладать тем, кто тебе не принадлежит, уже более, чем простой тревожный звоночек. Одумайся.

— Мое желание обладать тобой вполне себе обосновано, бейби. — Я прикладываю мочалку к ее плечу и принимаюсь бережно массировать мягкую кожу, плавно спускаясь вдоль руки. — Ты сама ворвалась в мою жизнь и устроила настоящее развлекательное шоу с безумными играми и короткими разговорами по душам. Ты сама пробудила во мне азарт. Сама вызвала зависимость. Поэтому сама виновата, что я больше не представляю своего существования без тебя.

— Почему я, Дарио? — спрашивает Астра, когда мои круговые движения размазывают пену по ее груди. Она утыкается затылком в стену, пристально смотря мне в глаза.

— Ты единственная, кого я не могу разгадать. — Моя рука скользит к ее животу, и Астра на секунду задерживает дыхание. — Нет, не так… — Я застываю, утопая в непроглядном омуте ее глаз. — Ты единственная, кого я хочу разгадать.

Астра сглатывает слюну и спустя недолгую паузу отвечает:

— И что будет дальше, когда ты разгадаешь меня? — Мне кажется или я чувствую страх в ее голосе? Она старается говорить уверенно, но я улавливаю эту слабую дрожь. — Утолишь интерес и исчезнешь? Пообещаешь однажды вернуться, а сам забудешь о моем существовании?

— Не надейся.

Я все-таки срываюсь и закрываю ей рот, впечатываясь в губы жадным поцелуем. Потоки воды разбиваются о мои плечи и разлетаются каплями по душевой кабине, когда я заслоняю собой фигуру Астры, углубляя поцелуй.

— Я уже достаточно чистая, чтобы ты трахнул меня? — Ее зубы прикусывают мою нижнюю губу.

— Нет, бейби, в этот раз мы займемся с тобой любовью.