Подтягивая шорты свободной рукой, я пытаюсь утихомирить взбесившееся дыхание и сердце. Нужно остудить разум. Замедлить пульс. Успокоить мысли.

Моряк лжет. Он сам не знает, что говорит. Он не всерьез.

— Что тебя напугало? — повторяет Дарио, переворачиваясь набок так, чтобы разглядывать мой силуэт. — То, что я люблю тебя?

— Замолчи, — мгновенно отрезаю я.

— Почему я должен молчать?

— Потому что это чушь. Нельзя любить того, кого не знаешь.

— Думаешь, я не знаю тебя?

— Моряк, не смеши, ладно? Ты не телепат и не экстрасенс. И трахнув меня один раз, ты не получил бонусом мою душу.

Он замолкает, а мое сердце решает устроить в груди танец под дабстеп.

Почему он не может просто уйти и не усложнять то, что и так слишком сложно?

— Я не знаю, кто так сильно ранил тебя, Астра. — Вибрация от глубокого голоса Дарио отдается в каждой клетке моего тела. — Не знаю твоего прошлого, твоей семьи, твоего детства, но я вижу тебя сейчас. И я вижу, что бы боишься. Какой бы сильной ты не хотела казаться. Ты боишься. Ты носишь в себе тяжелый груз. Ты много врешь и многое скрываешь. Но я знаю, наступит день, когда ты все мне расскажешь сама. Ты поймешь, что я приму тебя такой, какая ты есть. И тогда я выслушаю тебя. Я все пойму.

Его пальцы находят в темноте мою ладонь.

— Зачем тебе это, Дарио? — едва выдавливаю из себя я. — Поверь, я не та, которая тебе нужна. Ты прав. Я много лгу, скрываю, недоговариваю. Мое прошлое слишком убого, чтобы говорить об этом вслух. А тяжелый груз я ношу в себе слишком долго, чтобы он взял и рухнул. — Я сжимаю свою ладонь в кулак, не позволяя пальцам Дарио протиснуться между моих. — Поэтому я не лучший объект для воздыхания, моряк. Прошу, давай все прекратим.

— Хорошо, — слишком быстро соглашается он, и я чувствую, как горечь оседает внутри меня черной копотью.

Но так будет лучше, Астра. Ты уже однажды обожглась, и сейчас не лучшее время для любви. Тем более рядом не самый подходящий парень.

— Мы проведем с тобой эту ночь, — в продолжение произносит Дарио. — И если наутро ты повторишь мне свои слова, то я исчезну из твоей жизни. Обещаю.

— Как обещал не искать меня? — цокаю я.

— А я ведь и не искал. Ты сама заявилась в колледж в том облегающем голубом платье и окончательно свела меня с ума.

— Я тебя ненав…

— Ненавидишь меня? — прерывает Дарио, и я моментально затыкаюсь. — Тогда уничтожь меня, Ревендж. Ты ведь сама меня этому учила.

Он хватает меня за запястье поверх железного браслета наручников и резко тянет к себе.

— Уничтожь. — Вплотную прижимает меня к своему обнаженному торсу. Мои губы опять у его губ. — Это лучше, чем равнодушие.

— Я тысячу раз пожалею о том, что сейчас скажу, но… Моряк, что бы я ни сделала, что бы ты когда-нибудь ни узнал, пожалуйста, помни, что я никогда не буду равнодушна к тебе. — Моя ладонь тянется к его щеке и накрывает слегка колкую кожу. — Я…

— Поговорим об этом завтра. — Он едва касается моих губ. — А сейчас пойдем досмотрим фильм ужасов, который ты смотрела.

— Который, ты прервал.

— Который ты боялась смотреть без меня. — Дарио целует меня в нос. — Сойдемся на этом.

***

Обычно его самоуверенность раздражает меня, но когда наши скованные наручниками руки покоятся на бедре Дарио, а моя голова — на его плече, мне кажется, что о моих настоящих желаниях он знает больше, чем я сама.

Мы досматриваем второй «Астрал», и я почти забыла, что мой личный сталкер снова вломился в мой дом и до ужаса напугал меня.

Объясните мне кто-нибудь, как это действует? Почему я готова была его убить, а сейчас рядом с ним чувствую себя безопаснее, чем когда-либо в жизни?

Дарио теплый. Большой. Приятный и вкусно пахнет. Его объятия крепкие, а поцелуи жаркие. Он говорит то, что нужно. И не строит сейчас из себя заносчивого мудака.

Он нежный.

А до него я вообще не знала, что такое нежность.

А еще он всегда хочет касаться меня. Мне это нравится. И честно признаться: я хочу того же.

Во время очередного скримера я прижимаюсь к груди Дарио, и он обнимает меня, целуя в висок.

— Ты такая пугливая.

— Не твои ли выходки сделали меня такой? — я улыбаюсь.