С ее и без того помутившимся разумом, похоже, Орион надругался над принцессой Солярии так, что можно описать произошедшее, как больной и извращенный план. Появились подробности о том, что он затащил ее в бассейн в первый раз, где и изнасиловал ее, создав в воде воздушный пузырь, сделав свой первый шаг. Без сомнения, история психического заболевания Гвендалины сделала ее еще более восприимчивой к его внушениям, и можно только пожалеть принцессу за то, через что Орион заставил ее пройти, постоянно путая ее мысли и воспоминания и заставляя ее поверить, что она хочет его ухаживаний.

С этим ужасным откровением растёт беспокойство, что ее разум, навсегда испорчен ее обидчиком, и можно только гадать, какой беспокойной женщиной она станет после окончания школы. Ходят слухи, что Институт психического здоровья фейри пытался вызвать ее на обследование. Но мисс Вега направила их к своему пресс-секретарю за комментариями, который, к несчастью для их усилий, оказался вороном.

Что касается Лэнса Ориона, его прошлое показывает разрушительный путь, по которому он шел много лет, став холодным к своей овдовевшей матери после того, как она потеряла мужа в результате магического несчастного случая, и когда ее дочь исчезла много лет спустя (новости о чудесном возрождении Клары Орион см. на странице четырнадцать). Стелла Орион прокомментировала ситуацию, как только было объявлено о тюремном заключении ее сына. «Я опечалена и глубоко уязвлена этой новостью. Мой сын уже много лет не был самим собой, и, к сожалению, я не понимала, насколько все стало плохо. Как любящая мать, я могла бы ему помочь справиться с любыми проблемами, с которыми он сталкивался. Я всегда прислушивалась к сыну, но, возможно, ему всегда чего-то не хватало».

Я выключила свой атлас, запихивая его обратно в сумку, когда руки сжались в кулаки.

— Это все чушь собачья, — пробормотала Тори, и я кивнула.

— Я знаю, но эту собачью чушь, проглотил весь мир, — прорычала я. — И он сделал это сам.

— Доброе утро, моя дорогая, — голос Вошера заставил вздрогнуть, и я отпрянула, когда он протянул руку, чтобы коснуться меня. Тори сказала мне, что он временно взял на себя наши занятия по Кардинальной Магии, и он был последним человеком в мире, которого я хотела бы сейчас видеть. — Рад видеть, что ты снова погрузилась в учебу. Но с моей стороны было бы ошибкой не предложить вам свои услуги. — Его загорелое лицо исказилось в сочувственной улыбке, когда он взглянул на Тори. — Вы обе, должно быть, чувствуете себя так, будто недавно вас протащили голыми через терновый куст. Так что если хотите, чтобы я выкачал эти темные эмоции, бурлящие внутри вас, то с большим удовольствием помогу вам.

— Я предпочту проглотить зубочистку целиком, но спасибо, — холодно сказала Тори и, хмыкнув, снова повернулась ко мне.

— Но ты, моя дорогая, ты, должно быть, так встревожена, не зная, что у тебя на уме. Я могу разобрать твои мысли, попытаться помочь тебе почувствовать, что было реальным, а что нет. Нам конечно придётся подробно обсудить каждый ваш контакт, когда он касался тебя, это будет очень полезно для твоей души.

— Я знаю, что у меня на уме, — твердо сказала я. — Орион солгал в суде.

Я знала, что говорить об этом бессмысленно. Никто мне не поверит. Но не сказать — равносильно предательству по отношению к самой себе. Я не могу позволить всему миру думать, что мне промыли мозги, хотя Орион не оставил выбора в этом вопросе. И я не собираюсь отказываться от попыток очистить его имя.

Я уже сто раз обсуждала с Тори, и мы решили, что пришло время сообщить всем, что Фениксы не могут быть подвергнуты Темному Принуждению. Что наши силы Ордена блокируют все виды агрессивной ментальной магии. Но мы не можем просто высказаться и позволить газетам отмахнуться от этого. Мы должны сделать все правильно. Поэтому Дариус работает над апелляцией со своими адвокатами, которая позволит нам доказать это перед судьей.

— Моя дорогая. — Вошер шагнул ближе, мускусный запах одеколона доносился до меня с участка его навощенной груди, которую я могла видеть между несколькими расстегнутыми пуговицами у его горла. — Первый шаг к исцелению — принятие того, что произошло. Профессор Орион казался прекрасным, хорошим человеком, но, к сожалению, бывает так, что у тех, кого мы не подозреваем, есть тёмное семя.

— Он не надругался надо мной, — огрызнулась я, мой голос повысился настолько, что весь класс повернулся ко мне лицом. — И единственный извращенец в этой школе — это вы.

Губы Вошера обиженно приоткрылись.

— Прошу прощения? Я понимаю, что вы сейчас испытываете бурю эмоций, но не обращайте свой гнев против меня, мисс Вега.

Я поджала губы, отказываясь извиняться. Почему я должна это делать? Он постоянно вторгался в личное пространство людей без их разрешения. Он был отвратителен, и тот факт, что весь мир Ориона называл мерзавцем, а не этого парня, было настоящей шуткой.

Вошер жалобно нахмурился, видимо, пропуская вперёд, когда он похлопал меня по плечу и отошел к передней части класса.

— Проходите, сегодня я передам вас вашему новому профессору. Она будет здесь с минуты на минуту.