— Ты собираешься держаться от нее подальше, не так ли, Корбин? — я рычал, а его рот открывался и закрывался.

— Но я люблю ее, — яростно сказал он, и огонь в его глазах заставил меня зашипеть. Я освободил его от видения, перекинул его через плечо, пока ЭрДжей кричала, и зашагал прямо к краю обрыва на гребне холма.

— Подождите, мистер Альтаир — остановитесь! — закричал он.

— Я не Альтаир, я гораздо, гораздо более кровожаден, чем каждый Вампир в этой семье. И у тебя был шанс, теперь ты заплатишь за то, что притащил сюда нашу принцессу, как дешевую шлюху.

— Подождите! — взмолился он, но я швырнул его через край холма, и ЭрДжей закричала еще громче, стуча кулаками по ветровому стеклу.

Данте взвился в небо, когда крики Корбина донеслись до города внизу, падая и падая, как камень, пока Инферно мчался, чтобы догнать его.

Почти слишком поздно Данте проплыл под ним, и Джетт с грохотом врезался в его скалистую спину, его крики унеслись в город, а наш Штормовой Дракон уплыл вдаль.

— Вы все психи, и я вас ненавижу! — ЭрДжей начала пинать дверь, и я отпустил лианы, удерживающие ее внутри, так что она вылетела, упав.

Она возмущенно фыркнула, когда встала на ноги, и топнула ногой по земле, как копытом.

— Мы здесь, чтобы защитить тебя, — сказал Леон, раскрывая руки для объятий, но ЭрДжей ударила его в живот, заставив захрипеть.

— Эй, не бей своего отца, — прорычал Габриэль, поймав ее за руку и притянув ближе к себе. — Мы только хотим присмотреть за тобой.

Ее черты лица немного смягчились, и я подошел к ним, положив руку ей на плечо.

— Пожалуйста, оденьтесь, — умоляла она, и Леон вздохнул, побежал за нашими брюками и бросил мне мои, когда вернулся.

Я натянул их, затем притянул ЭрДжей в свои объятия. — Он сделал тебе больно? — потребовал я.

— Нет, папа, я попросила его привезти меня сюда, — сказала она, подняв подбородок. — Он классный, и я хочу, чтобы он был моим первым.

Я сморщился, а Леон захлопнул ладонями уши и начал громко петь.

— Тебе шестнадцать, — фыркнул Габриэль.

— Да, и что? — бросила она ему. — Я достаточно взрослая, чтобы знать, чего я хочу.

Я ехидно хмыкнул. — Ты даже не Пробужденная, ты еще ничего не знаешь. Особенно в вопросах секса.

— О, это так смешно, — фыркнула она. — Это говорит парень, который вытатуировал слово «похоть» на своих костяшках, когда ты был примерно в моем возрасте, — она сложила руки, приподняв бровь, и я зарычал.

— Кто тебе это сказал?

— Мама, — она пожала плечами, и Леон опустил руки от ушей, чувствуя, что снова может слушать. — Она также сказала мне, что ты был полным игроком, который очаровал всех Львиц в Академии Авроры своей Харизмой, — она ткнула Леона пальцем в грудь. — И ты провел ночь с мамой задолго до того, как вы сошлись, когда ты вел себя как полный придурок, — она подняла бровь на Габриэля, и его губы приоткрылись.

— Что еще, черт возьми, она тебе рассказала? — Леон задохнулся.

— Все, — просто ответила ЭрДжей. — Она не держит от меня секретов, потому что она крутая, в отличие от моих властных отцов, — она снова топнула ногой, и я вздохнул. Черт бы побрал Элис.

— Так или иначе, то, как мы себя вели, не имеет никакого отношения к тому, как ты должна себя вести, — сурово сказал Габриэль, и мы с Леоном кивнули в знак согласия.

Крики снова пронеслись вдалеке, когда Данте сделал сальто, а Джетт хватался за жизнь.

— Это так несправедливо, — прорычала ЭрДжей.

— Справедливость здесь ни при чем, — шипел я. — Ты наказана. И ты сможешь снова увидеться с этим мальчиком только в сопровождении эскорта.

— Что? — задыхалась она. — Это просто смешно! Буквально каждая девочка в моем классе потеряла свою Д-карту, почему же я должна быть Д-прессованной?

Леон захихикал на этом слове, затем поборол улыбку и сделал серьезное лицо.

Я шагнул ближе к ней, чтобы снова привлечь ее внимание. — Разница в том, что не ты владеешь своей Д-картой, а мы. Так что смирись, лютик, — я сложил руки, и ЭрДжей яростно заскулила.

— Не злись, малышка, у нас дома есть пицца и мороженое, — сказал Леон. — Это в любом случае лучше, чем секс.

— Ха, — засмеялся Габриэль, затем прочистил горло и отвернулся, а ЭрДжей уставилась на него.

— Не злись, принцесса, — я поймал ее за руку, притянул к своей груди и обнял, пока она извивалась и царапалась. Но в конце концов она сдалась, тяжело вздохнув, и я крепко прижал ее к себе.

— Это просто потому, что мы тебя любим, — Леон присоединился к объятиям, и Габриэль тоже обхватил нас, прижав ее к себе.

Данте приземлился рядом с нами, вернувшись в форму фейри и натянул свои треники.

— Где Джетт? — ЭрДжей задохнулась от ужаса, когда мы расступились.