Я продолжал идти быстрым шагом, пересекая Земную Территорию, следуя по тропинке в сторону к Астероид Плейс, где жили учителя. Лэнс неоднократно давал понять, что я могу приходить сюда только в том случае, если он сможет убедиться, что для меня есть свободный путь туда и обратно, без привлечения внимания других учителей, так как ученикам строго запрещено входить в жилые помещения учителей. Мы старались держать нашу связь в секрете, насколько это было возможно, не желая, чтобы возникало слишком много вопросов о том, почему мы согласились на такую постоянную, устаревшую традицию, которая так бесповоротно связала наши жизни друг с другом, потому что ответ был таков: мы не соглашались. И чем меньше людей знали об этом, тем лучше для нас. Но сегодня это не имело для меня значения, потому что сейчас меня больше интересовало вернуться туда и разобраться с гребаными нимфами.

Я добрался до края Стенающего Леса, остановившись перед широкой поляной, обостряя зрение с помощью даров Ордена, чтобы высмотреть учителей, которые могли бы быть поблизости.

По позвоночнику пробежал холодок, и у меня внезапно возникло ощущение, что за мной кто-то наблюдает. Я резко выпрямился, повернувшись, чтобы посмотреть на деревья, где я был почти уверен, что чувствую взгляд на своей плоти.

Я вглядывался в лес, ища признаки чего-то неуместного. Луна давала достаточно света, чтобы я мог видеть достаточно хорошо, и хотя я обследовал деревья вокруг, мне не удалось заметить ничего подозрительного, и в конце концов я прогнал эту мысль.

Я был на взводе из-за всех этих разногласий. Мне нужно было увидеть Лэнса и заставить его передумать, тогда все снова будет хорошо. Если не считать дерьмовой реальности моей жизни, под контролем отца, но я уже привык к этому.

Я бросил последний взгляд на деревья, прежде чем избавиться от этого чувства и отвернуться от них. Все равно никто не посмел бы последовать за мной. Моего гнева было бы достаточно, чтобы напугать любого и всех фейри, у которых даже появилась идея совать нос в мои дела.

Я вышел на поляну за Стенающим Лесом и подошел к закрытому комплексу коттеджей, где жили все профессора. Одно из самых строгих правил гласило, что студентам никогда не разрешается приходить сюда, но я не был рожден для того, чтобы следовать чужим правилам, и сегодня мне было наплевать, если бы меня заметила сама директриса Нова.

Однако я не был дураком, поэтому вместо того, чтобы пройти через ворота и дать возможность всем, кто мог слоняться вокруг, хорошенько разглядеть, как я вхожу в комплекс, я повернул вправо и начал следовать за ограждением из кованого железа, которое его окружало.

Пока я шел, на мой Атлас пришло сообщение, и я достал его, чтобы прочитать.

Лэнс:

Не будь идиотом. Держись подальше отсюда сегодня вечером. Мне не нужна головная боль из-за того, что меня застукают со студентом, а Вошер устраивает гребаную вечеринку у бассейна.

Во мне нарастал гнев на то, что он пытается указывать мне, что делать, и командовать мной, как будто я для него просто гребаный студент. Нет, Лэнс, я не собирался оставаться в стороне. И если ему нужна головная боль, он может ее получить.

Я резко остановился и сунул свой Атлас обратно в карман, прежде чем схватиться за прутья забора рядом со мной. Магия огня вспыхнула в моих ладонях, и ухмылка наполнила мои губы, когда я проплавил большую дыру в заборе, чтобы можно было забраться внутрь.

Я сфотографировал ее и отправил Лэнсу с собственным посланием.

Дариус:

Как тебе головная боль, придурок? Я буду позади твоего коттеджа через 30 секунд.

Я продолжал идти, огибая заднюю часть домиков, но прежде чем я успел дойти до конца, Лэнс выскочил из тени и резко остановился передо мной. Остановившись передо мной, он вскинул руку и пустил в сторону профессорских домиков безмолвный пузырь, прежде чем зарычать на меня и сильно толкнуть в грудь.

— Какого хрена, Дариус? — спросил он.

— Ты не разговаривал со мной весь день, чего ты ожидал? — потребовал я, отталкивая его в ответ, и он предостерегающе оскалил свои клыки.

— Это я могу попасть в серьезное дерьмо за то, что ты здесь. С тобой просто немного поговорят, но меня могут отправить в тюрьму Даркмор, если узнают, что ты здесь по гнусной причине.

— О, пожалуйста, я не в твоей лиге. Никто не поверит, что я был здесь, чтобы сосать твой член, — поддразнил я, и он на мгновение почти рассмеялся, а потом снова нахмурился.

— Как, черт возьми, я должен объяснить то, что ты сделал с забором? — спросил он.

Да, это был хреновый поступок, но я все еще был зол на него за то, что он весь день игнорировал меня, поэтому я просто пожал плечами, что, очевидно, только разозлило его еще больше.

— Не знаю. Ты сам разберешься.

— Я же сказал тебе не приходить сюда, — прорычал Лэнс, подойдя ко мне вплотную и схватив мою серую футболку, сжимая ткань в кулаке. Я чувствовал запах бурбона в его дыхании, когда он рычал на меня, и я не удивился, обнаружив, что он снова пил. Его жизнь, вероятно, была еще более испорченной, чем моя, и если бы я не был так зол, то, возможно, отступил бы, но сейчас я почти жаждал драки с ним.