— Ты снова советовался с этими чертовыми костями, — пробормотал я, потому что властность в его голосе подсказала мне, что он думает, что уже что-то знает, и это означает, что какая-то форма гадания предупредила его об этом.

— Да, — мрачно согласился Лэнс, — И хотя они не дают мне ответов на многие вопросы, одно ясно. Это не наш момент.

Я замер, выпуская длинный вдох через нос, который был затянут дымом, пока я старался обуздать своего Дракона и обдумать все рационально.

— Иногда мне хочется, чтобы мы не жили в мире, где все расписано за нас, как будто наши жизни — не более чем кусочки в какой-то большой гребаной головоломке, и у нас нет права голоса.

Лэнс вздохнул и придвинулся ближе, чтобы положить руку мне на плечо и враждебность между нами исчезла, поскольку узы Хранителя, как всегда, держали нас вместе. Кроме того, я ненавидел злиться на него. Он был единственным человеком в этом мире, который по-настоящему знал меня.

— Это из-за твоего отца? Он все еще оказывает на тебя давление, чтобы…

Я не хотел говорить о проклятых Вега, ни о постоянных требованиях отца разобраться с ними прямо сейчас, поэтому я прервал его.

— Конечно. Он только об этом и думает. Как будто он даже не заметил, что мир, в котором мы живем, балансирует на грани хаоса, — я покачал головой, прежде чем стряхнуть с себя руку Лэнса, не желая, чтобы он беспокоился обо мне больше, чем сейчас, — Не беспокойся о моем отце, я как всегда приму на себя всю тяжесть его гнева. Как только мы с другими Наследниками разберемся с этой ситуацией, он все равно отступит. Ты просто сосредоточься на подтверждении всего, чтобы мы могли действовать.

— Я снова встречаюсь с ней через несколько дней. Я проведу анализ. Чтобы убедиться, что у нас есть все частицы правды, — ответил Орион, твердо кивнув, и я знал, что как только он встретится с Франческой, он будет более благосклонен к тому, чтобы мы снова отправились на охоту, и это было все, что мне нужно было знать.

— И тогда? — я надавил, желая, чтобы он произнес эти слова.

— И тогда… тогда мы сделаем то, что должны, прежде чем кто-нибудь узнает, что это были мы, — согласился Лэнс, и я мог сказать, что он все еще беспокоился о том, что они действительно фейри. Но нутром я чуял, что они были нимфами, так что я был более чем готов действовать.

— Хорошо, — ответил я, мои губы растянулись в дикой ухмылке, которая обещала скорое кровопролитие.

Лэнс почти улыбнулся в ответ, и я отвернулся, направляясь обратно тем же путем, что и пришел, чувствуя себя немного дерьмово из-за того, что испортил забор. Он вероятно просто оставил бы его и притворился, что ничего о нем не знает, когда кто-нибудь из других профессоров обнаружит это. Ничего страшного.

Я собирался хорошо выспаться сегодня ночью, и через несколько дней мы снова отправимся на охоту.

Глава 12

Орион

Я толкнул дверь и вошел в класс, мое настроение упало до минимума. Я был измотан и разозлен. Я не спал половину ночи, разговаривая с Франческой по телефону, пытаясь убедить ее заставить ФБР обыскать окрестности Туканы в поисках гнезда, в существовании которого мы с Дариусом были уверены. Мне нужно было окончательное подтверждение, что они не фейри. Потому что если мы действительно собирались напасть на них, я не мог рисковать тем, что они окажутся невинными. И если Дариус испачкает руки в крови наших сородичей, ему придется за это расплачиваться.

Сегодня я был не в настроении иметь дело с наглыми студентами, поэтому любой, кто подействует мне на нервы, пожалеет об этом. Я охотился по комнате в ожидании неизбежного. Кто-то что-то затевает, и я выплесну на него немного своей ярости, чтобы насытить разъяренного зверя, который был во мне этим утром. Мой взгляд остановился на Кайли Мейджор с пачкой листовок о вечеринке для новичков в руках, и удовлетворение наполнило мою грудь. Идеально.

— Нет, — прорычал я, взмахнув рукой, так что все листовки в комнате пронеслись в мою сторону с яростным ветром, а затем шлепнулись в мусорное ведро рядом с моим столом.

Кайли замерла, встревоженно глядя на меня, ее лицо быстро теряло цвет.

— Сэр, я…

— Мисс Мейджор, если вы еще хоть раз будете раздавать мусор в моем классе, вам будет запрещено присутствовать на любом из выпускных вечеров этого года, — прошипел я на нее, наслаждаясь тем, как она, казалось, становится меньше на глазах.

Ее рот открылся, и я мог сказать, что она не из тех, кто замолкает, даже когда знает, что ее победили.

— Но сэр! — задыхалась она.

Я щелкнул рукой, и оставшиеся листовки вырвались из ее хватки и разорвались в клочья, осыпав ее дождем розового конфетти. Но ничего, ты, невыносимая блоха.