— Келли, — выдохнул он, подойдя ко мне. — Словами не описать, как ты выглядишь. У меня захватывает дух. — Он взял мою руку, поднося ее ко рту, но я отдернула ее прежде, чем он успел прикоснуться губами к моей коже.

— Это не совсем комплимент, учитывая, что тебе не нужно дышать, — ответила я, не потрудившись понизить тон.

Майлз удивленно рассмеялся, а Монтана повернулась, чтобы одобрительно взглянуть на меня. Эрик тоже посмотрел в мою сторону, и на его губах заиграла улыбка, как будто мы поделились шуткой.

— На что ты смотришь, убийца? — Ледяным тоном спросила я, и улыбка сползла с его лица.

Монтана протянула руку и положила ладонь на плечо Эрика, как будто успокаивая его, и я нахмурилась еще сильнее. Что, черт возьми, происходит?

Фабиан наклонился поближе, чтобы прошептать мне на ухо. — Позже мне будет очень весело с этим умным ротиком.

— В твоих мечтах, кровосос, — прошипела я.

— И какие же это грязные мечты. — Он провел рукой по моей пояснице, и я попыталась отстраниться от него, но, к моему полному ужасу, мое тело не послушалось того, что я хотела.

Вокруг меня начало нарастать сильное давление, отчего мне показалось, что меня обдувает сильный ветер, но мои волосы даже не дрогнули в ответ на него. Я была поймана в ловушку шторма, который никто не мог почувствовать, кроме меня, и смех Идун эхом зазвучал в моем черепе, когда меня охватила паника.

Как только я почувствовала ее прикосновение, оно снова исчезло. Я моргнула, глядя на Фабиана, чувствуя себя совершенно дезориентированной и пытаясь вспомнить, что он мне только что сказал.

Мои губы приоткрылись в замешательстве, когда я наклонилась к нему, а не отстранилась. Я прижалась к нему боком, пока не почувствовала твердое давление его мышц под костюмом. Я подняла глаза и обнаружила его рот в нескольких дюймах от моего, его взгляд пылал, ничто в выражении его лица не указывало на то, что он знал, что происходит, но внутри моего черепа я кричала.

Краем глаза я заметила лысого мужчину-вампира, ступившего на подиум, и его голос эхом разнесся по колоссальному собору, когда он начал объявлять о союзе, который вот-вот должен был состояться.

Мой разум бился, как птица, запертая в клетке, пока я боролась, чтобы восстановить контроль над своим телом. Свадьба уже начиналась, и вместо того, чтобы найти способ вырваться из лап этого монстра, я смотрела на него снизу вверх, как какой-то обезумевший от любви щенок, не в силах даже повернуть голову.

— Келли? — Позвала Монтана, но я не могла повернуться и посмотреть на нее.

Фабиан слегка нахмурился, как будто тоже заметил разницу и не знал, что с этим делать. Конечно, он понимал, что я не могу просто так передумать? Но почему его это должно волновать? Они заставляли меня в любом случае, и, если бы я вдруг оказалась согласной, это ничего не изменило бы.

Потому что я не хотела. Я отчаянно хотела сбежать. Моя рука болела от желания почувствовать Фурию в своей хватке, и ей определенно не следовало тянуться, чтобы погладить грудь этого монстра.

Внутри я боролась, страстно желая освободиться, но кончики моих пальцев сжимали лацкан его пиджака, а рот кривился в том, что, я категорически отказывалась признавать, было гребаной улыбкой.

С

вященник жестом велел Майлзу и Пейдж подойти к нему первыми, и адреналин запульсировал в моих жилах. Я взглянула на Эрика, гадая, когда именно он собирается приступить к осуществлению своего плана.

— Мы собрались сегодня, чтобы обвенчать братьев Бельведер с их прекрасными невестами, — объявил священник. — Все они вступают в свои партнерские отношения с радостью и осознанием того, что любовь — это наш предначертанный путь, и самый ценный дар жизни.

Да, в этом составе действительно веселая компания уток.

Я взглянула на Келли, не понимая, почему она прижимается к Фабиану, вместо того чтобы ударить его коленом по яйцам. Вероятно, это было самое сбивающее с толку событие из всего происходящего прямо сейчас, и это о чем-то говорило.

Эрик не смотрел на меня, казалось, полностью поглощенный священником, но я почувствовала напряжение в его позе.

Может быть, было бы неплохо узнать подробности этого плана, придурок.

Я с трудом вслушивалась в слова Майлза и Пейдж, которые им подсказывал священник. Биение моего сердца отдавалось в ушах, и я украдкой оглянулась через плечо, гадая, поднимется ли кто-нибудь, чтобы остановить это. Но все выглядели довольными и смотрели на меня со светом в глазах. Я заметила Хэнка в первом ряду, его лицо почему-то казалось совершенно другим. Заманчивым, пленительным…

Твою мать.

Правда ударила меня, как пощечина. Кларисса его обратила. Сделала его одним из них. И он действительно улыбался, как будто это его вообще больше не беспокоило. Поймав мой взгляд, он поднял руку, и я в ужасе покачала головой, отворачиваясь, когда шок охватил меня.