— Он идет? — Взволнованно спросила я, вскакивая с кровати.

— Ага. — Найл выстрелил в него из электрошокера, и я вскрикнула, бросаясь вперед, чтобы попытаться помочь, но Матео уже лежал на полу, шокированный ударом тока.

— Ооо, тебе понравилось? — спросила я Мертвеца, но он еще не мог говорить. Я посмотрела на электрошокер, жаждая немного поиграть сама, но Адское Пламя, похоже, не заметил этого.

Найл открыл клетку, вошел внутрь, снял цепь с ошейника Матео, схватил его под руки и потащил к лестнице. Я взволнованно побежала за ними, ударив Найла в почку за то, что он причинил боль Матео, а затем последовала за ним в столовую, где на стене был установлен новый крепеж с цепью. Найл толкнул Матео на стул перед собой, и тот застонал, приходя в себя, как раз в тот момент, когда Найл пристегнул его и отошел. Матео рванулся за ним, но, столкнувшись с натяжением цепи, захрипел и с гневным рычанием рухнул обратно на свое место.

Найл указал мне на стул напротив Матео, и я опустилась на него с улыбкой, оглядываясь по сторонам и принюхиваясь, пытаясь угадать, что мы будем есть. Если и было время суток, когда я точно не превращалась в капризную Мэнди, так это когда набивала живот вкусняшками. Я знала, каково это — быть голодной, и собиралась наслаждаться регулярными приемами пищи, пока это возможно. Я стукнула кулаками по столу и посмотрела на Найла.

— Что мы будем есть?

Он ничего не ответил и вышел из комнаты с поникшими плечами и обреченным видом.

— Что случилось с Адским Пламенем? — Пробормотала я.

— Посмотри на меня, chica loca, — потребовал Матео, и я резко повернула голову, встретившись с его пристальным взглядом. — Ты должна убить его, тогда мы сможем сбежать.

— Но я голодна, — пожаловалась я, когда у меня заурчало в животе, и он стукнул кулаком по столу, что, как я догадалась, должно было поторопить Найла.

— У нас есть шанс, — прошипел Матео со своим очаровательным акцентом. Он звучал так сексуально, знал ли он, насколько это было сексуально? Я подперла подбородок рукой, глядя на него с мечтательной улыбкой, когда он начал рассказывать о каком-то плане, в котором фигурировала жена, или, может быть, он сказал «нож». Что бы это ни было, звучало очень горячо.

— Ты меня вообще слушаешь… — он резко замолчал, когда Найл вернулся в комнату, и я нахмурилась, уже скучая по его голосу.

Адское Пламя поставил коробки с едой на стол, и я схватила одну их них, обнаружив внутри роллы с авокадо, сливочным сыром и огурцом.

— О, мои сладкие божественные вкусняшки! Они прекрасны, — простонала я, отправляя в рот первый ролл. Потом следующий, потом еще. Найл стащил у меня несколько штук, и я зарычала, как собака, набросившись на пельмени, которые он припас, и отправила два в рот. Мы с Найлом открыли еще несколько коробок, поглощая все, что попадалось на глаза, сражаясь за то, чтобы заполучить самое вкусное так, что рис и морские водоросли полетели через стол в сторону Матео.

Я схватила коробку овощей в темпуре прежде, чем Найл успел наложить на нее свои грязные лапы, и как раз собиралась запихнуть в рот сразу три куска, когда мой взгляд упал на Матео: его брови поползли вверх, а губы слегка приоткрылись от шока. О нет, мой бедный песик тоже голоден.

Я вскочила со своего места, переползла через стол и села перед ним, положив ноги ему на колени.

— Вот, держи. — Я сунула кусочек ему в рот, и он на секунду нахмурился, прежде чем съесть его.

Его руки обхватили мои лодыжки, и я улыбнулась, несмотря на то, что все еще была на него зла. Но он был таким милым в этот момент, как я могла не улыбнуться ему?

Большая рука Найла сжала мое плечо, и он резко толкнул меня на стол, перелез через меня и схватил коробку темпуры, заменяя ее раменом с пластиковой вилкой внутри.

— Это твое, El Burro. Темпура — моя. — Он ухмыльнулся, а затем начал пожирать последние кусочки этого восхитительного блюда.

— Эй! — Зарычала я, бросаясь к коробке в его руке, когда он потянулся за последним кусочком темпуры. Он зажал его между зубами, победоносно ухмыляясь мне, но я не отступила, бросилась на него и схватила зубами то, что торчало у него изо рта. — Мое.

Найл надкусил, и я сделала то же самое, наши губы соприкоснулись, когда мы разорвали его пополам и каждый съел свою половину. Мои губы горели от этого мимолетного прикосновения его губ к моим, и я поняла, что мои руки вцепились в его футболку, а сама я была тесно прижата к нему. Я чувствовала его жар повсюду, слышала, как его порочная душа зовет меня по имени.

— Вернись на свое место. — Найл подтолкнул меня к нему, и я скользнула обратно, вытирая губы, пока он убирал со стола и выносил мусор из комнаты.