В дверном проёме стоял Чёрч. Прискачи сейчас на кухню крылатый единорог, его появление стало бы меньшим шоком.

— Привет, Чёрч, — медленно произнес Джош. — Как дела, приятель?

Конечно же, Чёрч не ответил. С минуту он оглядывал комнату. Казалось, его холодные голубые глаза оценили в ней каждого и нашли всех неудовлетворительными. Затем он шагнул вперед. Взял из ведра пиво и вышел через другую дверь в столовую. После его ухода никто не говорил ещё почти целую минуту.

— Поверить не могу, что он пришел. Я даже не знал, что он вернулся в город, — пробормотал Джош.

Эмма сделала небольшой глоток и поперхнулась пивом.

— Он меня подвез, — сказала Эмма, вытирая подбородок. — Моя мать вышла замуж за его отца, так что мы пока вроде как живем вместе.

— И как? — наклонившись к ней, заговорщическим шепотом спросил Джош.

Эмма огляделась, затем придвинулась к нему еще ближе.

— Очень странно, — прошептала она. — Не знаю, что хуже: японское фетиш-порно или расставленные повсюду бочки с творогом.

На мгновение Джош с ужасом уставился на нее, но потом врубился. Он громко рассмеялся и грубо хлопнул ее по плечу.

— Прикалываешься надо мной. Ты мне нравишься, Эм, — усмехнулся он и обнял ее за плечи. — Давай пройдёмся. Я познакомлю тебя с некоторыми сомнительными личностями, а ты расскажешь мне все об этом твороге.

Они обошли переполненную столовую и гостиную. Эмма познакомилась с остальными регбистами и с некоторыми девушками, что прожигали ее пристальными взглядами. Эмма с Джошем говорили о твороге, а также о спорте, людях, о жизни в маленьком городке и о всякой всячине. То, о чем, по ее мнению, говорят нормальные люди. Ну, она на это надеялась. В конце концов они уселись на краю террасы, которая выходила на бассейн и обширный задний двор. И Джош вернулся к тому, о чем на самом деле хотел с ней поговорить.

— Ты хочешь спросить о нем, — догадалась Эмма, достав одну из своих сигарет.

Они оба смотрели в одну точку. Просторный двор плавно спускался к маленькому озеру. Там находился небольшой причал, и в нескольких шагах от него, спиной к вечеринке, сидел Чёрч.

— Я удивился, увидев его здесь.

— Полагаю, он не частый гость на вечеринках.

К ее удивлению, Джош пожал плечами.

— Он иногда приходил, когда ещё учился в старших классах, перед тем как уехать в школу для гениев.

— Чёрч отрывался?

— Не знаю, можно ли назвать это «отрывом». Он объявлялся, брал пиво, садился в угол или устраивался на улице. Мне всегда казалось, что он просто пытается сбежать откуда-то или от чего-то, — произнес Джош.

— Странно, что никто ни разу до него не докопался. В местах, где я жила, с такими, как он, особенно не церемонились, — сказала Эмма, прикурив, наконец, сигарету.

Джош рассмеялся.

— О, думаю, многие об этом подумывали, но старина Чёрч не так прост, как это может показаться на первый взгляд. Когда мы учились в старших классах, он до полусмерти избил Рори Каллахана за то, что тот над ним смеялся.

— До меня дошли эти слухи. Я не знала, верить этому или нет.

— Поверь. Я там был. Это случилось на футбольном поле. Чёрч был на трибунах, просто сидел там, а этот парень стоял внизу на беговой дорожке, и, вроде как, над ним насмехался. Короче, Чёрч встает, ну знаешь, как он медленно и спокойно двигается, и спускается вниз. Все вокруг ржут, и тут он неожиданно сбивает того парня ударом справа. Потрясение века. Пацан падает, Чёрч падает вслед за ним, продолжая его месить. Он, конечно, высокий, но никому из нас и в голову не приходило, что он может за себя постоять. Но после такого, никто уж точно об этом не забывал, — заверил ее Джош.

Эмма выпустила изо рта струйку дыма и уставилась на спину Черча. Она представила себе эту драку. Чёрч подросток, наверное, еще без щетины. Наверно, еще не такой внушительный. Его глаза вспыхивают лишь ей одной известным светом, и он пригвождает к земле какого-то парня.

«Какое зрелище. Жаль, меня там не было».

— Он всегда молчит, — сказала она. — Но не знаю, мне это нравится, так что меня это не напрягает. Когда он дома, то все время сидит у себя в комнате, но оставляет дверь открытой. Чёрч меня подвозит, ждет. Он приехал сюда из-за меня. Мне он нравится, и думаю... думаю, может, я тоже ему нравлюсь.

— Может быть, — кивнул Джош, тоже глядя в противоположный конец двора. — И все же, как тебе может нравиться человек, который с тобой не говорит?

«Но он со мной говорит».

— Вот вы где!

Они оба оглянулись на дом и увидели несущееся к ним белокурое торнадо. Эмма поморщилась. Она увлеклась знакомством с новым другом и совсем забыла о старом.

«Видишь, Стейси? Не стоит со мной дружить, у меня это плохо получается».