Это была самая длинная фраза, какую она от него слышала, и Чёрч произнёс ее, стиснув зубы. Ей пришлось подняться на цыпочки, Эмма с трудом могла стоять. Чтобы удержать равновесие, она схватила его за запястье, но не сопротивлялась. Не смогла бы, даже если бы и захотела, потому что уже проиграла. Она прерывисто втянула в себя воздух и повернулась к нему.

— Я хочу тебе поклоняться, — выдохнула она ему в рот.

Они снова поцеловались, также как на озере, но совсем не так, как на озере. Его рука по-прежнему сжимала ей горло. Ее ладони блуждали по его телу. Его язык скользнул по ее нёбу, и Эмма застонала, затем оттолкнулась от стены и прильнула к нему. Она подняла ногу, пытаясь теснее прижать его к себе.

Позади них послышался тихий скрип, и от этого Чёрч так резко от нее отпрянул, что она практически упала в открытую дверь своей комнаты. Эмма врезалась в полку и тут открылась дверь спальни ее матери. В тот же момент Чёрч вошел в свою комнату, и на этот раз закрыл за собой дверь.

— Эмма? — моргая от яркого света, прошептала ее мать.

— Да, Марго, а кто еще это может быть? — проворчала Эмма, потирая локоть.

Она сильно ударилась им о полку.

— Как прошла вечеринка? — зевнув, спросила мать.

— Отлично.

— Как там Пол?

— Кто?

— Господи, Эмма. Пол, — прорычала Марго. — Парень, который отвез тебя на вечеринку! Твой сводный брат! Он спит в десяти шагах от тебя!

«Я не знаю никого по имени Пол, и у меня нет сводного брата, но кажется, я только что вступила в очень интересную секту».

— Ах, да, сводный брат Пол. С ним все в порядке.

— Как считаешь, ему было весело? Мы надеемся, что он... немного придёт в норму, пока живет здесь.

Эмме пришлось очень потрудиться, чтобы не расхохотаться.

— Да, думаю, он хорошо провел время.

Марго прищурилась.

— Помни о том, что я сказала — не связывайся с ним. Никаких наркотиков.

— Я ничего не сделала с тех пор, как мы сюда переехали.

— Никакого алкоголя.

— Сделай выбор, Марго. Либо никаких наркотиков, либо никакого алкоголя. Если ни того, ни другого, я реально сойду с ума, — предупредила она мать.

Эмма говорила быстро и ни о чем, потому что у нее шла кругом голова. Ей не хотелось стоять в этом ярко освещенном коридоре и разговаривать с женщиной, которая ее родила.

Нет, ей хотелось оказаться в темноте в комнате Чёрча и выведать все его тайны.

— Держись от него подальше, — простонала Марго. — Он умный парень, а ты просто... ты просто…

— Просто что? Точная копия тебя в моем возрасте? — предположила Эмма.

— Заткнись и ложись спать. Вообще, оставайся завтра в своей комнате, я не хочу, чтобы ты всё нам запорола.

— Не волнуйся, Марго. Уверена, ты прекрасно всё запорешь сама.

Эмма не стала дождаться ответа матери. Она вернулась в свою комнату и захлопнула дверь.

Затем свирепо уставилась на эту дешевую полую дверь. Если очень постараться, то Эмма наверняка смогла бы пробить её кулаком. Или головой.

Но вместо этого она сняла с себя все еще мокрую одежду и забралась под одеяло. Простыни липли к ее влажной коже, принимая форму ее тела. Она подтянула подушки повыше и расслабилась. Подняла глаза на стену позади нее. Затем потянулась и прижала левую руку к деревянной панели. К панели стены, которая их разделяла.

— Я вижу тебя насквозь, Чёрч Логан, — прошептала она, скользнув правой рукой себе между ног. — Теперь мне только нужно, чтобы ты увидел меня.

ЭММА

Я люблю секс. Очень.

Секс — это отдушина, это весело, приятно, это укрепляет здоровье. Это придает ощущение силы. Наделяет властью. Особенно над глупыми мальчиками. Над мальчиками с их эрегированными членами и неверными решениями. Это так просто. Их можно трахнуть, а потом бросить. Они считают себя такими крутыми, потому что завалили тёлку — зашибись, дай пять, ура! И им не хочется, чтобы ты шла вразрез с их словами, поэтому они оставляют тебя в покое.

Мне просто хочется почувствовать себя хорошо, хочется на время затеряться в чужой фантазии. Моя-то — просто кошмар, так почему бы не позаимствовать её у них? Благодаря какому-нибудь парню я могу стать принцессой. Шлюхой. Грязным секретом. Совершенным моментом. Столько всевозможных ролей, и все они сводятся к одному и тому же. К тому же действу. К тому же славному моменту. Так почему же мне этого не хотеть?

Но тут совсем другое дело. Клянусь. Мне не хочется трахнуть Чёрча. Мне хочется стать частью его. Сблизиться с ним настолько, чтобы ему никогда больше не пришлось говорить, потому что я просто смогу читать его мысли. Просто находиться у него внутри.