Коля Кристофф — глава чикагской «Братвы». Здесь, на Среднем Западе, русская мафия не так могущественна, как на западном побережье. К тому же они только что потеряли значительную часть своих активов после того, как предыдущий главарь получил двенадцать лет тюремного заключения. Полиция Чикаго накрыла высококлассное российское оружие на восемь миллионов долларов, в том числе компактные пистолеты СПП-1, стреляющие под водой, и «Витязь» ПП-19-01, самую современную версию классического автомата Калашникова.

Я знаю это, потому что один из тех ящиков с прекрасно смазанным оружием, контрабандой ввезенным в Чикаго, принадлежал мне, но не успел попасть в руки моих людей.

«Братва» осталась без оружия, без главаря и без денег для возврата заказчикам, внесшим предоплату.

«Братва» должна мне денег. И не только мне.

Им нужна наличка. Мне нужны люди.

Мы можем помочь друг другу.

И, по восхитительному стечению обстоятельств, именно Гриффины и Галло спонсируют союз против себя.

Они заплатят за него в виде выкупа в четырнадцать миллионов долларов.

Я выбрал это число, потому что это та сумма, которые две семьи смогут раздобыть без лишних промедлений. Она ударит по бюджету, но не обанкротит их. Гриффины и Галло согласятся заплатить, и это кажется достойной ценой за Нессу.

К записке с выкупом прилагается отрезанный локон.

Я уверен, что ее родители без труда узнают этот характерный светло-каштановый оттенок и мягкость ее натуральных, неокрашенных волос. Думаю, я бы и сам узнал в любой момент.

Я растираю локон между большим и указательным пальцами, прежде чем положить его в конверт. Даже отрезанный, он ощущается как шелк, словно продолжает жить и расти.

Записка содержит вполне четкие инструкции и угрозу:

Чтобы доказать, что Несса у нас, мы отрезали прядь ее волос. Если вы не выплатите требуемую сумму, в следующей посылке получите один из ее пальцев, а затем и всю руку. В последней посылке придет голова.

Хотел бы я видеть их лица, когда они осознают перспективы.

Писать записку было забавно, а вот приводить ее в исполнение — не слишком. Мне доставляет удовольствие мучать Гриффинов и Галло, но я не в восторге от идеи отрезать что-либо от Нессы.

Впрочем, я сомневаюсь, что до этого дойдет.

Обе семьи рыскали по всему городу в поисках своей любимицы. Они платили тысячи долларов информаторам, но избивали и пытали гораздо большее количество людей. Они совершили налет на две мои конспиративные квартиры и подрались с вышибалами в моем клубе.

И не нашли нахрен ничего.

Потому что я не настолько глуп, чтобы посвящать в свои планы каких-то шестерок.

Может, они и подозревают меня, но не могут знать наверняка, что это я украл Нессу. Вот почему привлечение к выкупу русских только еще больше спутает карты. Я даю Гриффинам двадцать четыре часа, чтобы собрать необходимую сумму.

К записке прилагается одноразовый телефон, чтобы я мог назначить место обмена в последнюю минуту. У меня нет никакого желания заранее выдавать им координаты, а потом иметь дело со снайперской винтовкой Данте Галло или дюжиной их людей, поджидающих в засаде.

Тем не менее не думаю, что две семьи будут кристально соблюдать правила игры. В конце концов, они тоже гангстеры. Под их гламурной позолотой скрывается неблагородный металл. Галло и Гриффины не меньше меня готовы на что угодно, дабы получить желаемое. Ну или они так думают.

Звонок совершает Йонас, потому что у него нет акцента.

Я слышу едва различимое эхо ответов Фергуса Гриффина. Он пытается сохранять вежливость и не навредить дочери своим гневом, однако кипящая внутри него ярость слышится в каждом слове.

— Куда вы хотите, чтобы мы принесли деньги? — сдержанно спрашивает он.

— На кладбище «Грейсленд», — отвечает Йонас. — Это в тринадцати минутах езды. Я сегодня щедрый, так что дам вам пятнадцать. Отправляйте одну машину и двух людей. Возьмите с собой телефон. Ворота на Кларк-стрит будут открыты.

Мы уже ждем их на кладбище. Шестеро моих солдат выставлены на наблюдательных пунктах. Коля Кристофф привел еще четырех.

Менее чем через две минуты Анджей пишет мне, что с территории особняка Гриффинов выехал черный «Линкольн Таун-кар». За рулем преданный пес Джек Дюпон, на пассажирском сиденье — Кэллам Гриффин. Как я и ожидал, еще через минуту я получаю сообщение от Марцеля о том, что Данте и Неро Галло отъехали от своего дома. Они едут на разных машинах, вероятно, в сопровождении нескольких своих людей.

Как предсказуемо.

Это не важно. Я не оставил пространства для маневров, отперев лишь одни ворота. Осенью и зимой кладбище закрывается в 16:00. У нас было достаточно времени, чтобы схватить двух единственных охранников, патрулирующих территорию, и расставить повсюду своих людей.