Ариадна ничего не говорила, пока натягивала одежду. Хелен достала из сумки нож в чехле и бросила его на кровать. Ариадна взяла его.

– Куда мы пойдем?

– Говорят, Аид превратил «Неночь» в убежище. Я отведу тебя туда.

– А как же ты?

– Я предала его жену и царицу, – сказала Хелен. – Мне там не будут рады.

Тесей подождал, пока Ариадна закончит одеваться и посмотрит на Хелен. Затем он появился позади своей помощницы и схватил ее за подбородок и затылок.

– Ты пожалеешь, что я решил участвовать в этой битве, – сказал он, дернув ее голову в сторону. Ее шейные позвонки хрустнули.

Тесей почти оторвал ее голову от тела, но Ариадна бросилась к двери. Он отпустил Хелен и бросился к Ариадне, вцепившись пальцами в ткань ее рубашки.

– Нет! – закричала она и развернулась, чтобы ударить Тесея, но его кожа была непроницаема. Ее рука соскользнула, и она вскрикнула, когда лезвие порезало ей ладонь. Ариадна выронила нож, и он упал на пол вместе с крупными каплями ее крови.

Тесей схватил ее за запястья и потащил к кровати, но Ариадна уперлась ногами в пол. Она стала скользкой от крови и выскользнула из его хватки. Она, казалось, была удивлена не меньше его, когда отшатнулась и упала. Тесей бросился за ней, но она вскочила на ноги, добежала до двери и, распахнув ее, помчалась по коридору.

Он позволил ей бежать, позволил ей кричать. Он вел учет ее проступков – позже он решит, как ее наказать. А сейчас Ариадне предстояло кое-что узнать, потому что в конце коридора была комната Федры – дверь в нее была открыта: сломана и разбита в щепки.

Ариадна увидела свою сестру – та все еще висела на краю кровати и успела окоченеть, – и из нее вырвался крик боли. Она медленно опустилась на пол, не в силах встать.

– Что ты сделал? – простонала Ариадна. – Что ты сделал?

– Я ничего не сделал, – ответил Тесей. – Твоя сестра сама это выбрала. Она бросила тебя. Она бросила своего сына.

– Она бы никогда этого не сделала! – Ариадна кипела от гнева. Она пристально посмотрела на него, и он ощутил всю силу ее ненависти.

Тесей не удержался, усмехнулся и сказал:

– Значит, ты ее совсем не знаешь.

Ариадна с криком бросилась на него. Он чувствовал, как ее ногти царапают его лицо, но это не причиняло ему никакой боли. На несколько секунд он позволил ей разозлиться, но вскоре ему это надоело, и, схватив ее за руки, он снова потащил ее в комнату Федры.

Тесей бросил Ариадну на кровать, обхватив рукой за горло.

– Сопротивляйся, и я убью своего сына у тебя на глазах.

– Ты этого не сделаешь, – прохрипела она, ее глаза наполнились слезами. – Он твоей крови.

– Давай поспорим, – сказал Тесей. – У меня может быть много сыновей. – Он опустил взгляд на ее живот, прежде чем снова посмотреть ей в глаза. – Возможно, замена уже в пути.

Тесей улыбнулся, увидев в ее глазах смесь опустошения и отвращения, но Ариадна не сопротивлялась, когда он уложил ее на кровать, с которой все еще свисала ее сестра, и раздвинул ее колени.

Аид появился в своем кабинете в «Неночи». За все время сражения только одна вещь прошла по плану, и это был их уход.

– Что это было? – прошептала Персефона.

Он понял, о чем она спрашивает. Персефона все еще дрожала от ужаса перед магией Кроноса.

Он тоже дрожал.

– Кронос может воплотить в реальность наши самые большие страхи, – сказал Аид. – Как ты думаешь, откуда у меня такая способность?

Он ненавидел тот факт, что у него с отцом было что-то общее, и больше всего то, что однажды он уже использовал эту силу против Персефоны.

Они недолго пробыли одни, когда двери в его кабинет распахнулись и в комнату вбежали Гармония, Сивилла и Афродита.

– Мне показалось, я почувствовала, что вы вернулись, – сказала Гармония. – Слава мойрам!

Они не заслуживают твоей благодарности, – подумал Аид, когда Гармония пересекла комнату, чтобы обнять Персефону, за ней поспешила Сивилла, а Афродита задержалась, широко раскрыв глаза, и по выражению ее лица он понял, что что-то не так.

– Мои силы вернулись, – сказала она.

Это было то, чему она должна была радоваться или, по крайней мере, испытать облегчение, но Аид понимал ее потрясение, потому что в данном случае это означало, что Зевс мертв.

Магия Гекаты наполнила комнату, возвещая о ее возвращении. Она появилась вместе с Артемидой и Гефестом, бог огня был сильно ранен. Он стоял на коленях, одна его рука лежала на земле, а другой он прижимал кровоточащую рану на груди.

Афродита побледнела и подбежала к нему. Опустившись на колени, она накрыла его руку своей, как будто могла каким-то образом остановить кровотечение.

– Я в порядке, – сказал бог, поднимаясь на ноги. Он призвал золотую стрелу и, ни секунды не колеблясь, вонзил ее себе в грудь.

– Что ты делаешь? – закричала Афродита, но затем стрела исчезла, а вместе с ней и его рана.