Она будет скучать по этому уроку. По энергии и тому, как она зажигается, когда он говорит. По тому, как Блейк загорается, когда действительно попадает в точку, будто нашёл себя в задании делиться знаниями.

— Сегодня наша последняя встреча, — говорит он. — Так что я хочу очень быстро пробежаться по графику. Ваши итоговые документы попадут ко мне в полночь. Из-за сокращённого летнего расписания, я должен выставить оценки за очень короткий промежуток времени, так что не опаздывайте. Я не смогу предоставить вам отсрочку или дополнительные баллы. Как только я сдам оценки на следующей неделе, даже я не смогу их изменить. Понятно?

За его объявлением следует волна кивков и нескольких изворотливых взглядов, вероятно, от местных, кто будет допоздна работать над документом. Её охватывает предвкушение. Оценки выставляются в тот же день, когда у неё сдача диплома... в тот же день, на который назначен Бал факультета.

А на следующий день она сможет снова увидеть Блейка.

— Сегодня наша последняя встреча, — повторяет он, уже в задумчивой манере, — так что ещё я хочу сказать вам, как невероятно я всеми вами впечатлён. Как я благодарен, что вы вытерпели меня, пока я, запинаясь, читал свою первую лекцию. Как я верю в каждого из вас.

Эрин закусывает губу, чтобы не вздохнуть вслух. Оглядываясь, она видит смущённые румянцы и яркие глаза. Боже, он превратил полный класс студентов в участников внеклассного занятия.

Она любит его. Она восхищается им.

— Альберт Эйнштейн однажды сказал, что воображение намного важнее знания. Я сижу здесь в качестве вашего профессора из-за тех вещей, которые знаю. Это знание. Вы сидите передо мной потому, что у вас есть инициатива, амбиции и креативность, чтобы что-нибудь с этим сделать. Это воображение. То, что есть у вас, намного важнее того, что могу сделать я. Вы превосходите меня.

В кабинете воцаряется мучительная тишина.

— Кто-нибудь может сказать мне, за что Эйнштейн получил Нобелевскую премию?

Все молчат. Эрин не уверена. Это было за физику, это уж она знает. Её научные знания ограничены экспериментами с мячиком для пинг-понга на уроках в старшей школе. Но Бейли специализируется на физике. Она бросает взгляд на него.

Бейли отвечает неохотным взглядом. Он никогда не говорит на уроках, но, кажется, не может оставить без ответа этот вопрос.

— За фотоэффект, который привёл к открытию квантовой физики.

— Да, это верно, — говорит Блейк. — Можешь рассказать нам, что это значит, словами непрофессионала?

Бейли подаётся вперёд. Очевидно, его интересует эта тема. Это вовлекает его в обсуждение, которого он так долго избегал, и с внезапным озарением Эрин задаётся вопросом, сделал ли это Блейк специально. Единственный студент, который отказывался участвовать, кроме неё, и Блейк задел важную для него тему.

— В былые времена, — объясняет Бейли, — материя была создана из частиц, а свет из волн. Но во время экспериментов с ультрафиолетом, люди установили, что волновая теория не подходит под определённое поведение. Эйнштейн был тем, кто предположил, что свет, на самом деле, тоже состоит из частиц.

Блейк кивает.

— Были физики и учёные с полным знанием того, как всё устроено. Знаний было недостаточно. Их никогда хватило бы, чтобы сделать этот прыжок. Только воображения было достаточно. Бейли, как ты можешь определить, что является частицей, а что волной?

— Это невозможно. Если вы измеряете вещь в частицах, она — частица. Если вы измеряете её волной, она — волна.

— На самом деле, всё идёт на шаг дальше. Если вы хотите исследовать электрон, вы должны по существу бросит в него фотон, таким образом, изменив его направление. Это называется эффектом наблюдателя. Наука 101. И мы тоже учёные, просто социального масштаба. Вы можете придумать пример эффекта наблюдателя в социальных науках?

— Когда журналисты внедряются в военную часть, — предлагает кто-то из студентов. — Эта часть может вести себя иначе под изучающим взглядом, тем самым влияя на исход их миссий.

— Отлично. Что ещё?

Ещё один на мгновение поднимает руку, прежде чем заговорить.

— Дети должны проходить в школе стандартизированные тесты. Поначалу это было для измерения их прогресса, но теперь преподаватели учат специально для тестов.

— Да, верно. Акт измерения повлиял на первоисточник.

— Помощь, — мягко предлагает Эрин. — Присутствие горничной может изменить поведение членов семьи.

Уголок его губы дёргается.

— Очень даже. — Блейк делает паузу и кажется отдалённым. — Это последний день урока, так что мне нужно сказать вам, что вы все активисты. Каждый из вас и каждый человек, мимо которого вы проходите на улице. Даже если вы сидите и надеетесь, что кто-то другой исправит проблему. Вы не можете игнорировать проблемы мира. Ваше бездействие и является действием. Если вы видите проблему, если вы замечаете её, вы уже оказываете эффект. Единственный вопрос в том, каким будет этот эффект.