Так, у Стива спустя две или три попытки томагавк вонзился аккурат в нужное дерево, крепко и уверенно войдя в сухой ствол. Вик, стоявший неподалёку, сам вынул его:

– Молодец! У тебя отлично получилось.

Стив ровно пожал плечами, не польстившись на похвалу, и взял томагавк из его руки. Повернувшись ко мне, небрежно сказал:

– Это было легко.

– Лесли, – перебил Вик. – Твоя очередь.

По его лицу пробежала недобрая тень. Он прошёлся кругом вокруг нас со Стивом и незаметно вклинился между. Стив резко посмотрел на него, сжимая свой топорик в руке, а Вик поправил мою стойку и расправил плечи, положив на них руки и развернув. Он сделал всё то же самое, что и для остальных. Но щёки у меня вспыхнули, а ладони вспотели. Вик кивнул.

– Бросай сейчас. Неплохо держишь. Ну?

И я бросила. Топорик пролетел хорошо, но вращения не хватило. Лезвие отскочило от дерева, и он упал на землю.

– Чёрт, – протянула я, однако Вик невозмутимо потрепал меня по плечу.

– Ничего, всё в п-порядке. Потренируешься, и всё получится.

Обойдя меня со спины, Вик пошёл дальше.

Мы не хотели уходить с поляны до последнего: нас охватил азарт! Хотя бы раз, но каждый тем днём услышал заветный глухой звук вонзающегося в дерево лезвия, и это настолько воодушевляло, что хотелось пробовать ещё и ещё. Но скоро Вик велел собираться, и только тогда я почувствовала, как ломит от усталости руки.

– О, моё запястье, – простонала Дафна, положив томагавк в мешок. – Как больно.

– Твоё запястье? Моё плечо! – пожаловался Бен.

– Ты хотя бы раз попал? – ухмыльнулась она, и Бен покачал ребром ладони.

– На озеро мы уже не успеем. Простите, ребят, – вздохнул Вик и затянул мешок.

– Ну и ладно! – зароптали мы в ответ.

– Зато развлеклись…

– И пройдёмся по лесу.

– Да ну это озеро! Успеем ещё.

– Тогда скажу сразу, – улыбнулся Вик. – И п-пусть это останется маленьким секретом. Но я вами горжусь.

Редкий взрослый говорил нам это. Простые, честные слова – я вами горжусь – буквально окрылили нас. Мы шли к лагерю по лесу, затканному светом уходящего солнца. В сумерках он был спокойным и торжественным: листья медленно облетали, танцуя в воздухе, и почему-то рядом с Виком лес казался не чужим и страшным, каким должен быть ближе к ночи, а дружелюбным и уютным. Мы сами выбрали молчание на обратном пути: говорить не хотелось. Вик шёл впереди, не оборачиваясь, а я смотрела ему в спину и впервые за долгое время чувствовала себя счастливой.

Костёр палил так высоко, что звёзды казались обожжёнными огнём. Мы сидели на больших брёвнах все вместе, оба отряда, и нанизывали на прутики зефир, после чего поджаривали его в пламени. Мне нравилось наблюдать, как от белой пухлой зефирины идёт тоненький дымок.

Дафна привалилась к плечу Бена. Он не возражал. Бен был в школьной команде по плаванию, и он давно поглядывал на Дафну. Вместе они хорошо смотрелись, он – с волосами чёрными, как смоль, и карими, тёплыми, оленьими глазами, коренастый и взъерошенный, и пусть прикус ему не мешало бы поправить, но было в лице и глазах что-то особенное, тёплое и улыбчивое, отчего он казался красивее, чем был. И она, зеленоглазая яркая блондинка с миловидным лицом сердечком, тонкая, как ивовая ветвь. Они держались за руки и любовались пламенем, тихо разговаривая друг с другом, а я наслаждалась покоем, закутавшись в свою большую серую толстовку на молнии и натянув на голову капюшон.

Костёр был разведён на специальном пятаке между лагерем и лесом. После ужина, немного отдохнув, мы собрались вокруг него и с удовольствием делились, как прошёл день, что было здорово, а что – ну полный отстой, и, конечно, наша команда взахлёб поделилась опытом метания томагавка. Джесси восторженно трещала без умолку, хотя ёжилась от холода, и Вик, тихо поглядывая на неё, толкнул локтем мисс Бишоп, отчего та улыбнулась. Оба словно праздновали незримую для нас победу, но я понимала, чему они так радовались. Они хотели, чтобы Джесси хотя бы немного стала своей.

– Ты замёрзла? – Стив заботливо опустил на мои плечи плед и сел рядом.

– Спасибо. И правда холодно. Зефир хочешь?

– Конечно.

Я передала ему палочку и задумчиво проследила, как он дует на подтаявшую зефирину. Стив не был мне противен. Мне хотелось бы дать ему того тепла, которого он был лишён и заслуживал, но не так, как он хотел. Я могла бы стать ему другом и только.

– Может, споём? – вдруг предложил Бен. – У меня с собой гитара.

– А я не против! – одобрил Стив. – Мне есть кому спеть.

– Тогда чего вы ждёте, – заметила мисс Бишоп. – Вперёд.

Бен сбегал за гитарой в домик и вернулся к костру, снова сел на бревно и внимательно посмотрел на всех нас:

– Ну, кто будет первым? Кто хочет?

– Я, – неожиданно сказал Джонни Палмер и протянул руку. – Дай-ка.