– Мо Грензано, – продолжил Витале. – По поводу своего сына, Реджи.

– А что с его сыном такое, к чему я имею отношение? – меланхолично спросил Донни, откинувшись на спинку кожаного кресла и слегка ослабив узел галстука, спрятанного под жилет из плотного темно-коричневого сукна.

– Он работает на нас уже полгода, у Фрэнки, и Фрэнки хочет, чтоб он прошел посвящение: Реджи подает неплохие надежды, он нормальный малый. Мо этим недоволен. Он хотел бы обратиться к вам лично.

Донни нахмурился и цыкнул языком, но по взгляду, обращенному в сторону, Витале понял: он примет Мо Грензано, который долгие годы платил Донни хорошие деньги за «крышу». Главное только, чтобы после встречи этой дела у его сынишки не пошли хуже.

– Нина Каламаджо, вдова нашего Сэма Каламаджо, – откашлявшись, прочел Витале. – В одном из борделей Поли в Старом городе какой-то бешеный ублюдок искалечил ее родную сестру, пока та работала. Просит вашей помощи, дон.

– Ну как же без меня в этом непростом вопросе, – устало сказал Донни и поднял на Витале глаза. – Со всей этой ерундой мне нужно разбираться потому, что у нас на хвосте постоянно торчат агенты, и если мы не привезем то, что нужно, из Бостона, будут огромные проблемы…

– Последний – Луис Кларк, – мягким, извиняющимся тоном сказал Витале. – Он как раз по вопросу Айел, дон, и я подумал, что его лучше бы оставить напоследок.

– А что именно ему нужно?

– Они вербуют ребят с улиц в свою банду, босс, – тихо продолжил Витале. – И все это очень похоже на то, что они набирают солдат или осведомителей.

Примечания

1

«Бойня в День святого Валентина» – кровавая разборка чикагской мафии 14 февраля 1929 года, когда люди Аль-Капоне расстреляли семерых членов конкурирующей банды Багса Морана в ангаре, подстроив это под «проверку» под видом полицейских, чтобы устранить конкурентов на рынке сухого закона.