Ирэн наблюдала, но никак не помогла, кроме как протянула ему трость. Он качнулся, но всё же оказался на песчаной скале. Он мгновенно схватил трость, и целительница не сделала ни движения чтобы успокоить его.

Он отпустил седло и потянулся к поводьям Фараши.

Лошадь напряглась, как будто оценивая его, но он не отводил глаз, показывая, что он её не боится.

Тёмные глаза Фараши светились, как если бы она была выкована в горящем царстве Эллады. Но Шаол удерживал её взгляд.

Наконец, лошадь выдохнула и позволила ему повести её к корыту, покрытому песком из-за ветров. Это корыто, возможно, было здесь с тех пор, как начала существовать пустыня, поило лошадей сотен завоевателей.

Фараша, казалось, поняла, что они войдут в это море песка и пила от души.

Ирэн подвела свою лошадь, удерживая её на здоровом расстоянии от Фараши, и сказала:

— Как ты себя чувствуешь?

— Уверено, — сказал он, и действительно имел это в виду. — Будет больно к тому времени, как мы туда доберемся, но напряжение не так уж плохо.

Без трости он не посмел попытаться пройти даже несколько шагов. Не мог справиться с этим.

Она положила руку вниз его позвоночника, а потом и на бедра, оценивая с помощью магии его состояние. Даже с одеждой и жарой, он чувствовал её руки.

Но другие тоже собрались вокруг корыта, поэтому он отошёл от прикосновений Ирэн. Нужно вновь сесть на Фарашу…

— Не торопись, — пробормотала Ирэн, оставаясь от него в нескольких шагах.

У него была подставка во дворце. Здесь, даже забравшись на неустойчивое корыто… Расстояние между его ногой и стременем никогда не казалось таким длинным. Балансируя на одной ноге, он поднял вторую, прижимаясь руками к седлу… Шаол медленно вспоминал шаг за шагом, тот момент, как его учили ездить верхом. Он научился до того, как ему исполнилось шесть лет. Ездил на лошади почти всю жизнь.

Конечно, ему дали дьявольскую лошадь, чтобы он учился вновь.

Но Фараша стояла неподвижно, глядя на песок, на путь, который был за холмом. Даже с ветрами, уносящими песок, следы были достаточно ясными. Шаол даже смог разглядеть пятнышки чёрного и белого.

И всё же он здесь. Смотрит на стремена и седло.

Ирэн небрежно сказала:

— Я могу найти подставку или ведро…

Шаол двинулся вперёд. Возможно, не так грациозно, как хотелось бы, но он сумел. Трость застонала, когда он использовал её чтобы подтолкнуть себя вверх, а затем с грохотом упала на песчаник. Он схватился за седло, так как его нога едва не соскользнула. Фараша чуть пошевелилась под его весом. Но тем не менее, он смог сесть ровно, ноги ужасно болели.

Ирэн подошла к трости и подняла её:

— Неплохо, лорд Вэстфол. — она привязала трость за седлом и села на свою лошадь. — Совсем неплохо.

Он удержал свою улыбку.

Жара всё также продолжала мучить их, когда Шаол направил Фарашу к пескам.

Они следовали по дорожках, которые оставили другие.

Был слышен только приглушённый топот лошадей и шорохи песка. Они шли по длинной линии. Стражи стояли повсюду, стоя в развевающимися флагами каганата — тёмной бегущей лошади. Они были указаниями к направлению к оазису. Он жалел бедных людей, которым приказали стоять на такой жаре из-за прихоти принцессы, но ничего не сказал.

Спустя какое-то время дюны стали ровнее, горизонт был отчётливее виден. Они увидели плоскую песчаную равнину, и вдалеке…

— Там мы устроим лагерь, — сказала Ирэн, указывая на зелёное пятно посреди песка.

Никаких признаков древнего, похороненного города мёртвых, на котором, как утверждала Хасар, вырос оазис. Не то что бы они ожидали увидеть отсюда что-то.

Расстояния оставалось, может, минут тридцать. Конечно, с их-то темпом.

Несмотря на пот, пропитавший её белую одежду, Ирэн улыбалась. Возможно, ей тоже хотелось ускориться. Вдохнуть воздух.

Она заметила его внимание и обернулась. Солнце углубило цвет её кожи, веснушки, её волосы сверкали золотистыми нитями.

Фараша потянула поводья, её тело дрожало от нетерпения.

— У меня есть астерионская лошадь, — сказал он, и её губы раскрылись от удивления. Шаол пожал плечами. — Я бы хотел узнать, как ездят миникьюи.

Она нахмурилась.

— Ты имеешь в виду… — она заметила ровную поверхность песка. Идеально подходящую для скачек.

Он ждал предупреждения о его позвоночнике и ногах, но их не последовало.

— Ты боишься? — спросил он, приподняв брови.

— На этой лошади? Да.

Кобыла поёжилась под ней.

— Она такая же спокойная, как корова, — сказал он о лошади Ирэн и погладил шею своей «бабочки».

Она попыталась укусить его. Он схватил поводья.

— Я хочу устроить гонку с тобой, — сказал он.