Порода была родственниками астеринских лошадей, сказала Хасар, когда подошла к своему белому жеребцу. Утончённая клиновидная голова и высокий хвост были отсылкой к их древним предкам Фэ. Но эти лошади, миникьюи, были разведены специально для походов по пустынным землям. Для походов по песку, степях. Принцесса показала на небольшую выпуклость между глазами лошадей — джиббу — знак того, что миникьюи могут выживать в сухих пустынях этого континента.

И также большая скорость. Не такая быстрая, признала Хасар, как у астерионских лошадей. Но близка к ней.

Ирэн внимательно слушала мини-урок принцессы, осторожно смотрела на неё. Потом привязала трость Шаола к его седлу и оставшееся время играла со своей одеждой.

В то время как Шаол был в своём обычном виде — пиджаке и коричневых штанах, Ирэн всё-таки не надела платье.

Она надела красивый наряд в сочетании белого и золотого. Длинная туника, доходящая до колен, и свободные штаны, заправленные в высокие коричневые сапоги. Ремень хорошо показывал её тонкую талию, на её шее было украшение из золота и серебра. Её волосы она уложила как обычно, и на солнце они сверкали золотом.

Красивая. Прекрасная, как восход солнца.

Всего в группе было тридцать человек, и никто из них действительно не знал Ирэн, так как Хасар не удосужилась пригласить кого-либо из целителей Торре. Для гвардейцев были предоставлены обычные лошади, которые действительно и рядом не стояли с качеством миникьюи.

Хасар подала знак Шену, чтобы он открыл ворота.

Для женщины, которая управляла флотом, Хасар казалась гораздо более заинтересованной всадниками лошадей. И ей хотелось больше развить свои дарганские навыки. Принцесса сыпала проклятиями и хмурилась, что городские улицы их замедляют. Даже учитывая то, что они заранее попросили людей не выходить из домов.

А потом — жестокая жара. Весь в поту, Шаол ехал рядом с Ирэн, держа поводья Фараши, которая уже попыталась укусить двух продавцов.

Действительно, бабочка.

Он посмотрел на кобылу, а потом на город. Когда они проехали восточные ворота в засушливые холмы, Ирэн рассказала о достопримечательностях.

Вода проходила через водопровод, который шёл между зданиями, попадая в дома, общественные фонтаны, бесчисленные сады и парки. Завоеватель захватил этот город, но всё же любил его. Излечивал и питал.

Они прошли по пыльной дороге, которая всё разрасталась за пределами города. Хасар не ждала, и пустила своего коня вперёд, оставляя их, в пыли, позади.

Кашин, утверждая, что он не хочет глотать пыль всю дорогу до оазиса, последовал за ней, чуть улыбнувшись Ирэн и свистнув лошади идти вперёд. Тогда большинство дворян и визирей начали делать ставки, наблюдая за головокружительной гонкой сквозь город. Как будто королевство было их игровой площадкой.

День рождение. Действительно. Принцессе, вероятно, это показалось скучным, но ей не хотелось выглядеть безответственной в глазах отца. Хотя он с удивлением обнаружил, что Аргун присоединился к ним. Конечно, он не упустил бы возможность попасть в какую-то историю, где были его братья и сёстры. Они скакали всё быстрее, пока не слились в одну линию на горизонте.

Некоторые дворяне остались с Шаолом и Ирэн, позволив остальным пройти чуть вперёд.

Они прошли последний город, их лошади вспотели и еле дышали, пока они поднимались на большой скалистый холм. Дюны начинаются за ним, сказала ему Ирэн. Здесь они напоят лошадей, а потом начнут путь по пескам.

Она слабо улыбнулась ему, когда они поднимались на скалу, проезжая по тропе возле кустарников. Лошади останавливались и шли осторожно. Кусты были забрызганы кровью всадников, которым не повезло свалиться вниз.

Остальные достигли вершины скалы, напоили лошадей и начали двигаться дальше. Всё, что он видел, так это исчезающие за холмом тела. Как будто они просто ушли с края холма в воздух.

Фараша поднималась по холму, его спина и бедра напряглись, чтобы удержаться в седле. Он не посмел позволить лошади почувствовать его беспокойство.

Сначала Ирэн поднялась на вершину. Её белая одежда, словно маяк в безоблачном синем небе вокруг них. Её волосы сверкали тёмным золотом. Она ждала его, в то время как богатое пальто отсвечивалось оттенками глубокого рубина.

Она спешилась, когда Фашара поднялась на последний холм, а затем…

Вид выбил воздух из его лёгких.

Пустыня.

Бесплодное, шипящее море золотистого песка. Холмы, волны и дюны, пустые и всё же живые. Не видно деревьев или кустов. Воды тоже не видно.

Будто рука бога создала это место. Такое чудо. Это был словно другой мир.

Возможно, это была неожиданная милость, что информация, которую они искали, оказалась именно здесь.

Шаол посмотрел на Ирэн, которая читала эмоции на его лице, следила за реакцией.

— Красота пустыни не для всех, — сказала она. — Но она зовёт меня, не знаю почему.

В этом море, где корабли никогда не будут плавать, некоторые люди будут видеть только горящую смерть. Но Шаол видел только тишину и чистоту. И медленную, ползучую жизнь. Безрассудную, дикую красоту.

— Я понимаю тебя, — сказал он, осторожно спешившись с Фараши.