Оставила его, ушла в Торре, и решила, что Хасар… О, она будет не против немного поманипулировать принцессой. И уже знала, как заставит принцессу пригласить её в этот проклятый оазис.

Но казалось, что даже утро на тренировках со стражами не успокоило злость Шаола. Ожесточение всё еще кипело, когда он ждал в гостиной. Ирэн послала Каджу с очередной дурацкой просьбой — принести козье молоко и уксус.

Лето давало о себе знать, кипящая жара мучила их. Хотя дикие осенние ветры начали появляться в водах бирюзового залива.

В Антике всегда было тепло, но Узкое море бушевало от Ильмаса до Белтана. Если раньше флот не выплывал с южного континента… Ну, Ирэн предположила, что после вчерашний ночи точно никто не поплывёт.

Сидя на привычном золотом диване, Шаол не смотрел на неё — только беглым взглядом. Совсем не похоже на его обычную мрачную улыбку. И тени под его глазами…

Любая мысль о том, что она спешила рассказать ему о своём плане, исчезла, когда она спросила:

— Ты не спал всю ночь?

— Размышлял по поводу вечера. — сказал он низким голосом.

Ирэн подошла к дивану, но не села. Вместо этого она просто смотрела на него:

— Возможно, каган подумает. Он знает, как рискуют его дети. Он слишком умен, чтобы не видеть союз Аргуна и Хасар.

— И ты так хорошо знаешь кагана? — холодный, резкий вопрос.

— Нет, но я жила здесь намного больше, чем ты.

Его карие глаза вспыхнули:

— Мне не хватает двух лет. Опыта, чтобы играть в свои игры.

Ирэн подавила раздражение.

— Ну, думать об этом — ничего не исправит.

— В самом деле.

Она не видела его в таком состоянии несколько недель.

Неужели это было так давно? Её День рождения через две недели. Раньше, чем она думала. Не сейчас нужно было упоминать об этом — или о плане, который она придумала. Это было не очень хорошо, учитывая что творилось вокруг них. С весом, который он нёс. Разочарование и отчаяние, которые теперь были ей видны, наваленные на его плечи.

— Скажи мне, что случилось.

Что-то случилось — изменилось с тех пор, как они виделись вечером.

Он резко посмотрел в её глаза. Его челюсть сжалась, но он всё-таки сказал:

— Сегодня утром я пошёл к кагану.

— У тебя была назначена встреча?

— Не совсем. — он сжал губы.

— Что случилось? — Ирэн положила руку на спинку дивана.

— Он приказал вывезти меня из комнаты. — холодные, плоские слова. — Я даже не мог помешать стражам. Попытаться заставить его выслушать меня.

— Даже если бы ты стоял на ногах, они всё равно выставили бы тебя за дверь.

Вероятно, это причинило ему боль.

Он впился в неё взглядом:

— Я не хотел сражаться с ними. Я хотел попросить его. И я даже не мог встать на колени, чтобы сделать это.

Её сердце сжалось, когда он посмотрел в окно, ведущее в сад. Ярость, скорбь и страх исказили его черты.

— Мы уже достигли значительного прогресса.

— Я хочу снова сразиться с мужчинами, — тихо сказал Шаол. — Чтобы умереть вместе с ними.

Слова прошли ледяным ветром через неё, но Ирэн сказала жестко:

— Ты сможешь сделать это и на лошади.

— Я хочу сделать это плечом к плечу, — прорычал он. — Я хочу сражаться в грязи, на поле убийства.

— Значит, ты исцелишься здесь, чтобы потом умереть где-то еще? — она с трудом выдавливала каждое слово.

— Да.

Холодный, жесткий ответ. Его лицо не изменилось.

Этот шторм в его душе… она не увидела, что их прогресс разрушается им.

И война действительно разразила их дом. Независимо от того, что он хотел сделать с собой, он это не сделал — у них не было времени. У её народа в Фенхарру не было времени.

Поэтому Ирэн подошла к нему, схватила его за плечо и сказала:

— Тогда вставай.

Шаол был в дерьме, и он это знал.

Чем больше он думал об этом, тем больше он понимал, как легко принц и принцесса играли в свои интриги, как с ним прошлым вечером… Не важно, какой шаг сделает Аэлина. Что бы она ни сделала, они бы отвернулись от неё. От него. Если бы Аэлина играла несчастную девочку, они бы назвали её слабым и неопределённым союзником. Не было никакого способа победить.

Встреча с каганом была безумием. Возможно, Кашин тоже играл с ним. Ибо если каган не смог выслушать раньше, не собирался и сейчас. И даже если Несрин вернётся с Сартаком…

Её вчерашняя записка была чёткой и простой.

«Всадники ракинов — ловкие лучники. Они также находят мои собственные навыки интригующими. Я хотела бы научить их тому, что знаю. Они летают свободно здесь. Увидимся через три недели».