Она сжала руки, направляя кисти друг к другу. Секундная вспышка света, глаза Элены расширились, словно от боли. И в тот же миг Элена разлетелась на тысячу мерцающих осколков, которые исчезали при падении.

Крик застрял в горле, и от ужаса Аэлина не могла пошевелиться.

Дэнна вытерла призрачные руки и хладнокровно сообщила:

— Мы не заключаем сделок со смертными. Теперь нет. Но Эравана оставь себе, если хочешь.

С этими словами богиня гордо прошла через арку в свой собственный мир.

Аэлина смотрела на пустое место, где еще минутой назад стояла призрачная Элена.

Ничего не осталось.

Даже мерцающего теплого огонька, чтобы отправить его в загробный мир к оставленному мэйту.

Ничего не осталось.

Глава 98

Она сломалась. Связь мэйтов.

Упав на колени, Рован задыхался, положив руку на грудь, пока связь истончалась.

Он цеплялся за нее своей магией, всей душой, как будто это вернуло бы ее, где бы она не была.

Он не мог смириться. И никогда не смирится. Никогда.

Где-то в стороне Шаол и Дорин что-то обсуждали. Ровану было все равно. Он не вникал.

Связь мэйтов разрушалась, а он ничего не мог сделать.

…

Друг за другом боги уходили через арку в свой собственный мир. Кто-то поглумился над ней, проходя мимо.

Они бы не взяли Эравана. Но слишком поздно она это поняла. Не будут, не буду они ничего делать.

Ее душа была опустошена. Но все же…

Аэлина вцепилась в окутанную туманом землю, которой не станет, когда исчезнет последний из богов.

Перед ней остался лишь один бог. Столп света и пламени, сияющий в тумане.

На пороге мира задержалась Мэла, будто что-то вспоминая.

Будто помнила Элену и Брэннона, и тех, кто когда-то стоял перед ней на коленях. Кровь от ее крови. Тот, кто получил ее силу по наследству рождения.

— Закрой ворота, Огненосица, — сказала Мэла, но при этом не уходила. Колебалась.

Откуда-то издалека Аэлина услышала женский голос:

— Убедись, что когда-нибудь они будут наказаны. Все, до последнего.

Кальтэна.

— Они будут, — прошептала клятву Аэлина.

Они солгали. Предали Элену и Эрилею, но даже не заметили этого.

Залитый солнцем мир богов задрожал.

Застонав, Аэлина поднялась на ноги.

Она не будет агнцем! И жертвой на алтаре всеобщего блага тоже не будет!

И она еще не закончила!

Аэлина встретила горящий взгляд Мэлы.

— Сделай это, — мягко попросила она.

Но Аэлина смотрела мимо нее. На тот первозданный мир, к которому они так отчаянно стремились вернуться. И вдруг поняла, что Мэла знала — читала мысли в ее голове.

— Разве ты не собираешься остановить меня?

В ответ Мэла протянула руку.

На раскрытой ладони лежало ядро сияющей силы. Падшая звезда.

— Возьми этот последний дар моим потомкам, — Мэла печально улыбнулась. — За твою отвагу, за стремление спасти ее и остальных даже ценой своей жизни.

Нелегко дались Аэлине несколько шагов вперед.

— Я помню, — тихо сказала Мэла, и в тоне ее звучали и радость, и боль, и любовь. — Я помню.

Богиня переложила ядро в ладонь Аэлины.

Оно сияло, словно маленькое солнце, мечтающее стать большим.

— Запечатай ворота и подумай о доме. Знаки отведут тебя.

Аэлина растерянно моргнула, не понимая, о чем говорит Мэла. Но в следующий момент сила стала наполнять ее существо, и мысли потекли в другом направлении.

Через некоторое время Мэла снова протянула руку. А в ней Аэлина увидела изображение татуировки, что красовалась на ее спине.

Самая последняя татуировка, с расправленными крыльями, повествовала об их отношениях с Рованом. Древние буквы поместились меж легчайшими перышками.

По щелчку пальцев Мэлы на картинке проступили слова и знаки, скрытые в перьях.

То были знаки вэрда.

Рован спрятал их, когда наносил татуировку.

— Карта к дому, — сказала Мэла, и изображение исчезло. — К нему.

Аэлина не понимала, откуда Рован мог знать? Что подсказало ему исход?

Получается, он попросил научить его знакам, чтобы помочь ей вернуться.

Аэлина оглянулась назад, на арку в свой собственный мир. И на секунду ей показалось, что она почувствовала…

Как будто знаки Вэрда, что Рован нанес на ее спину, были веревкой. Привязывали ее к дому.

Спасительный круг из небытия.

Его обман во спасение.

Затем она услышала голос, что однажды слышала на крыше в Рафтхоле.

«Что, если мы пойдем дальше и это принесет нам лишь боль и отчаяние?».

Это не конец!

Сила втекала в тело Аэлины. Ее губы изогнулись в упрямой улыбке.