С каждым словом послушницы сердце Несты билось все сильнее. Успокоить ее вечно мятущийся ум…

– Можно кого-нибудь попросить, чтобы переписали эту главу?

– Я уже попросила, – улыбнулась Гвин.

– Послушайте, вы заниматься будете или сплетничать? – прикрикнул на них Кассиан.

Неста бросила на него испепеляющий взгляд.

– Ничего ему не говорите, – предупредила она подруг. – Это наш секрет.

То-то он удивится, когда она станет невозмутимой и хладнокровной.

Эмери и Гвин согласно закивали. В этот момент Кассиан направился к ним. Все существо Несты насторожилось. В Дом ветра она вернулась сегодня утром. Перебрасывал ее Риз, державшийся с подчеркнутым бесстрастием.

В ее распоряжении оставалось всего полчаса на завтрак и переодевание. Ей пришлось надеть другие доспехи. Старые требовали чистки и просушки. Новые оказались просторнее. Они не висели на ней мешком, но сидели свободнее. Только надев их, она поняла, что старые стали ей тесны. За это время у нее появились мышцы, а прежние, плотно облегающие доспехи сковывали движения.

Кассиан встал, уперев руки в бока:

– Смотрю, у вас сегодня есть что-то поинтереснее занятий.

Он знал. Этот придурок знал, что они говорили о нем. Искорки в глазах, полуулыбка. Он, конечно же, знал.

– Ничего у нас нет, – ответила Эмери, крепясь, чтобы не улыбнуться.

Гвин смотрела то на Несту, то на Кассиана.

– Значит, ничего? – спросил у нее Кассиан.

Гвин подозрительно быстро замотала головой и принялась усердно делать стойки. На ее веснушчатом лице проступили капельки пота. К ней присоединилась Эмери. Обе трудились с таким усердием, что Несте хотелось смеяться.

– Что? – Она взглянула на Кассиана в упор.

– Ты закончила упражнения? – с нагловатым изумлением спросил он.

– Да.

– А отжимания?

– Тоже.

Кассиан подошел ближе, и ей снова вспомнился вчерашний вечер, когда он появился в ее спальне. Вспомнились его руки, сжимавшие ей бедра, и то, как входил в нее сзади. Должно быть, что-то из воспоминаний отразилось на ее лице, поскольку Кассиан тихо заметил:

– Ты сегодня очень… деятельная, Нес.

Она сглотнула, сознавая, что подруги жадно ловят каждое слово. Потом, вскинув голову, спросила:

– Когда мы займемся чем-то полезным? Когда начнем упражняться с луками или на мечах?

– Думаешь, ты готова взяться за меч?

Эмери фыркнула, но продолжила делать стойки.

Неста не улыбнулась и не покраснела.

– Это знаешь только ты, – ответила она, не отводя глаз.

У Кассиана раздулись ноздри.

– Вставай, – приказал он.

С тех пор как Кассиан вчера вышел из спальни Несты во дворце, он двадцать с лишним раз повторил себе, что их вчерашнее соитие было ошибкой. Но, видя ее сегодняшний наскок, улавливая ее косвенный намек, более похожий на шипящее пламя, он не понимал, почему сделал такое заключение. Пожалуй, ему бы жизни не хватило, чтобы понять.

Отчасти это было связано с ее заявлением о «просто соитии»; отчасти с тем, что таких потрясающих соитий он никогда не имел. Наконец, случившееся вчера все в нем перевернуло.

– Вставать? – удивилась Неста. – Зачем?

– Я ясно выразился. – Он кивнул на середину площадки. – Если думаешь, что готова взять в руки меч, докажи.

Ее подруги безошибочно догадались, чем она и Кассиан занимались вчерашним вечером. Эмери посмеивалась не скрывая, а Гвин бросала на них насмешливые взгляды.

– Заканчивайте упражнения, не то заставлю делать по второму кругу.

Те сразу перестали глазеть.

Но Неста не отводила глаз. Ее красивое лицо было красным от напряжения. На лбу и висках блестел пот. Кассиан стиснул кулаки, сдерживая порыв наклониться и слизать эти капельки.

– Мы начинаем учиться сражению на мечах? – спросила Неста.

Кассиан направился к оружейной стойке. Неста пошла следом.

– Вначале на деревянных. Давать новичкам настоящее оружие – только через мой труп.

Неста засмеялась. Кассиан напрягся и, обернувшись, бросил:

– Если ты не вышла из детского возраста и разговоры о мечах вызывают у тебя смех, значит тебе еще рано этим заниматься.

Неста нахмурилась.

– Мечи, копья, луки – оружие, несущее смерть. – Кассиан обращался к Несте, но намеренно говорил громко, чтобы слышали все. – И относиться к оружию нужно с известной долей уважения. В свои первые семь лет учебы я вообще не притрагивался к настоящему мечу.

– Семь лет? – послышался за спиной голос Гвин.

Подойдя к стойке, Кассиан вытащил длинный меч – почти точную копию иллирианского меча, висящего у него за спиной.

– Думаешь, детям позволят размахивать настоящим оружием?

– Нет, – смутилась Гвин. – Я о другом. Мы тоже будем семь лет упражняться на деревянных мечах?

– Если вы втроем продолжите хихикать, то да.

– Не позволяйте ему вас запугивать, – сказала подругам Неста.

– Опасные слова для женщины, которую ждет поединок со мной.