Он отстранился, проехавшись зубами по ее губам. Она вздрогнула, когда он принялся гладить ее по волосам. «Ты – моя маленькая награда», – говорили его прикосновения. Прежде чем убить, он вдоволь насладится ее страданиями и мольбой о пощаде. Она не стала добычей чудовищ в землях людей, чтобы столкнуться с такими же по другую сторону Стены. Она спаслась от домогательств Тимаса, чтобы оказаться здесь. Как и тогда, ее душил гнев.

Умоляющий женский голос исчез. Кому бы он ни принадлежал, ее доброжелательница знала: Неста оказалась в безнадежном положении.

Неста взывала к своей силе, требуя пробудиться. Меж тем келпи обвил ее талию и потащил дальше.

Ее ноги ударялись о металлические предметы и кости, неведомым образом сохранившиеся на дне болота.

Вокруг некоторых костей еще оставались куски плоти.

«Пробуждайся», – умоляла Неста, обращаясь к древней, ужасающей силе, что спала внутри ее. «Пробуждайся». Неста заглядывала во все уголки своей внутренней бездны.

Впереди что-то мелькнуло. Что-то сверкающее, золотистое.

Келпи поплыл быстрее, лавируя между предметами в воде, словно те были корнями дерева.

Золотое свечение приближалось. Оно исходило от диска. Сила Несты нарастала, приближаясь к поверхности. Потом диск сам поплыл к ее растопыренным пальцам. Келпи диска не видел, продолжая плыть. А диск приближался к ее руке.

Свет впереди принадлежал не ее силе.

Золотой диск коснулся пальцев Несты. Она плотно его сжала, зная, что́ находится у нее в руке. Подобное взывает к подобному. Сила к силе.

Ничего не подозревавший келпи тащил ее дальше. Дыхание Несты вновь сделалось поверхностным. Ступни натыкались на острые предметы. О некоторые она поранилась.

В ее руке лежала сила. За другую руку ее держала смерть.

Неста знала, знала, на что ей употребить ясность сознания, какую дает лишь отчаяние в сочетании с ужасом. Она должна рискнуть. Пальцы еще крепче сжали золотой диск.

Келпи замедлил движение, словно почувствовав перемену. Но он опоздал.

Он не смог помешать Несте приблизить Маску к лицу.

Ее легкие уже не жгло. Ушла боль из тела.

Ей не требовался воздух. Она не чувствовала боли.

Она смотрела сквозь глазные отверстия Маски, и темнота вокруг уже не была сплошной, как совсем недавно. Неподалеку застыл келпи – тощее бледное существо, целиком состоящее из ненависти и неутолимого голода.

Он больше не тянул к ней руки. Келпи стало страшно. Увидев, что́ у Несты на лице, он уже не решался к ней подойти.

Несте только это и требовалось.

Она ощущала тех, кто окружал ее со всех сторон. Мертвецов.

Она чувствовала их давно сгнившие тела. От некоторых остались только кости, тела других сохранились, сгнив наполовину под древними доспехами. Рядом валялось их оружие, не нужное обитателям болота. Тех больше интересовало пиршество на разложившихся трупах.

Здесь были погребены тысячи и тысячи тел.

Но пока она их не пробудит. Еще не время.

Кровь Несты превратилась в холодную песню, которой вторила Маска, нашептывая, как надо действовать. «Домой, – вздыхала Маска. – Домой».

Неста не сопротивлялась. Она еще плотнее прижимала Маску, чья магия была холоднее ее собственной. Теперь эта магия наполняла жилы Несты.

Келпи очухался. Он оскалил зубы и приготовился прыгнуть к Несте.

Вокруг его лодыжки обвилась призрачная рука.

Келпи дернулся, глядя на того, кто схватил его за ногу. Но тут другая рука, облаченную в кольчужную рукавицу, потрескавшуюся от времени, вцепилась в его вторую лодыжку.

Рука с плотью, отрывающейся от пальцев, ухватила келпи за черную гриву.

Келпи вновь повернулся к Несте. Его глаза стали еще больше.

Покачиваясь на воде, ощущая силу Маски как ледяную песню, льющуюся через ее жилы, Неста воззвала к мертвым. Пусть сделают то, чего не может сделать она.

Она сражалась с Тимасом, с Котлом, с правителем Сонного королевства. Но у нее не было иного выхода. Судьба сталкивала ее с каждым из них. Она выжила в каждом поединке, чувствуя себя беспомощной и испуганной.

Сегодня все будет по-другому.

Келпи сам избрал свою судьбу. Пусть пожинает плоды.

Келпи бился в воде, но стоило ему высвободиться из одной костлявой руки, как его схватили еще десять. Вместе с руками со дна поднимались тела. Келпи попытался уплыть, однако перед ним появился высоченный скелет, наполовину облаченный в проржавевшие доспехи. Скелет протянул к нему руки и уставился в его плечо. Выглядело это странно, поскольку от лица у скелета осталась всего одна кость. Скелет развел челюсти – сверкнули острые зубы, совсем не такие, как у фэйцев, и впились в белую плоть келпи.

Он закричал, но Неста не услышала ни звука. Так же беззвучно мертвецы поднимались с илистого дна. Некоторые двигались рядами. И все направлялись к келпи.

Неста не мешала силе течь сквозь нее. Она позволяла Маске делать то, что пожелает: поднимать прославленных мертвецов, некогда погребенных здесь и опозоренных тем, что были вынуждены служить пищей для келпи и других тварей.