– Ты ведь знаешь, как я люблю смотреть, – вкрадчиво произнес Поллукс.

Ястреб подобострастно хихикнул. Это полное ничтожество любил стоять рядом, когда Молот чинил свои зверства. Наслаждался зрелищем. Так было у Сандриелы, так продолжалось и здесь.

Отказ Лидии возбудил Молота. В глазах засверкала откровенная похоть.

– Ну почему бы тебе не устроить спектакль для двух поклонников твоего таланта?

– Уходите, – сухо потребовала она. Поллукс мог изображать власть над ней, но он знал, к кому благоволят астерии. Игнорировать ее приказы было опасно. – Вы мне будете только мешать.

Ястреб усмехнулся, но подчинился и ушел. Прихвостень до мозга костей.

Молот не торопился уходить. С нежностью влюбленного он коснулся затылка Лидии, потом с силой сжал ей шею. Наверняка останется синяк. Прильнув к ее губам, он пообещал:

– За неуважение ко мне я тебя оттрахаю по полной. И плевать, что твоя дырка залита кровью.

Затем, гневно сверкая крыльями, он поднялся по лестнице и ушел. Громко хлопнула дверь.

Лидия ждала и вслушивалась. Убедившись, что оба негодяя ушли, она потянула рычаг. Механизм не имел плавного спуска, и узники в очередной раз упали с высоты на пол. Она подбежала к лежащему Рунну.

– Поднимайся, – все тем же властным, холодным тоном приказала она.

Принц не встал, а лишь открыл прекрасные синие глаза.

Пристально глядя на него, Лидия мысленно произнесла: «Рунн». Ответа не было. Казалось, боль выпотрошила его. «Рунн, послушай меня».

«Ты для меня мертва», – мысленно ответил он и тут же оборвал ментальную связь. Но Лидия все равно обратилась к его разуму.

«Рунн, у меня мало времени. Я сумела установить контакт с теми, кто способен помочь вытащить вас отсюда. Но астерии собираются воскресить Гарпию, и когда это случится, они узнают правду. Чтобы мой план осуществился, чтобы вы трое выжили, ты должен меня послушать».

Рунн лишь закрыл глаза и больше не открывал.

* * *

В круглом зале под Тюрьмой воцарилась гнетущая, невыносимая тишина. Брайс смотрела на восьмиконечную звезду, и в ее душе бурлило отвращение.

– Ну и жуткая семейка, – прохрипела она. – Своекорыстные чудовища, которым было наплевать на всех, кроме себя.

– Но Силена с Хеленой надежно закрыли портал в наш мир, – осторожно возразила Неста.

Брайс сердито посмотрела на воительницу:

– Закрыли… только после бегства Силены сюда. Портал им был нужен для собственного спасения. А тех, кто поверил им и их матери, кто пошел за ними, они бросили погибать. Останься портал открытым еще на несколько минут, сколько жизней было бы спасено. Но Силена предпочла убраться с Мидгарда одна. Осрамилась по полной.

– Не забывай про участь, которую готовил им Пелиас, – сказал Азриель. – Времени на раздумья у них не было. Это и подхлестнуло их.

Брайс указала на место, где еще недавно стояла Силена:

– Эта сука отказалась спасать даже детей. Собственная задница была дороже. И потом еще она пыталась оправдать свои гнусности.

Точно так же весной повели себя фэйцы в Городе Полумесяца: заперлись на своих виллах, огражденных заклинаниями, а ни в чем не повинных людей отдали на растерзание демонам.

– Так что ты… – с непривычной мягкостью начала Неста. – Что ты рассчитывала здесь найти?

– Не знаю. – Брайс горько усмехнулась. – Я думала: быть может… быть может, она расскажет, как убить астериев. Вы заметили, что об этом она ничего не упомянула? Ограничилась общими фразами. Раньше я по наивности думала, что тысячи лет назад мидгардские фэйцы были другими, а самоуверенными подонками их сделала жизнь под властью астериев. Оказывается, нет. Они такими были всегда.

Подступающие слезы жгли ей глаза.

– Я думала: нести в себе свет Тейи – это… хорошо. Я считала ее лучше и порядочнее Пелиаса. Нет, она была точно такой же.

И при всем при том Аидас ее любил…

– Я думала, мое наследие даст мне какое-то преимущество в этом паршивом спектакле. Ничего подобного. Оказывается, я – наследница эгоистичных, коварных тварей.

И что еще хуже, вся вода на Мидгарде… заражена особым видом паразитов. С этим как прикажешь разбираться? Брайс судорожно втянула воздух.

Ей на плечо легла рука Несты. Эта суровая женщина пыталась ее утешить.

– Мы должны сообщить Ризу, причем немедленно, – заявил Азриель.

Чувствовалось, он до сих пор находился под впечатлением увиденного и услышанного. Брайс посмотрела на него. Он был встревожен, но настроен решительно. Азриель сознавал, какую угрозу здешнему миру несло внезапное открытие портала. Тем более что астерии все еще мечтали вернуться сюда.

– А что случилось с Рогом? – с ужасающим спокойствием спросил Азриель.

Брайс выдержала его взгляд, злясь на свою неспособность придумать какое-нибудь убедительное вранье.