Рунн замотал головой, готовый возразить, но Лидия сказала еще не все.

– Все, что происходило у меня с Поллуксом, я делала добровольно. Даже если порой мне и было тяжело выдерживать его манеру… развлечений.

– Понимаю, – хрипло произнес Рунн. – Я хорошо тебя понимаю. И не сужу тебя. Ты не должна делать ничего, что тебе не по нутру. Никогда.

– Но я хочу, – сказала Лидия, взглянув на его губы.

– Хочешь… что? – спросил он, понизив голос на целую октаву.

– Хочу узнать ощущения от твоего тела. Твоего рта. В реальной жизни, а не в мире иллюзий.

Рунн переминался с ноги на ногу, поскольку его член стал твердеть.

– Как только пожелаешь, в любое время, – сказал он, не скрывая ни возбуждения в голосе, ни изменившийся запах.

Разумеется, не прямо сейчас, а когда закончится отвратительный спектакль, устроенный королями в туннелях.

– Я хочу тебя постоянно, – призналась Лидия.

Рунну показалось, что ее горло завибрировало, когда она произносила эти слова.

Боги милосердные! Рунн наклонился к Лидии, провел языком по ее шее. Лидия тихо застонала, отчего у Рунна возникло напряжение в мошонке. Не отрывая губ от ее нежной кожи, он сказал:

– Когда мы выберемся из этого лабиринта, ты мне точно покажешь, где меня хочешь и как хочешь.

Лидия поежилась. Рунн знал: если его рука окажется у нее между ног, он убедится, насколько там мокро.

– Рунн, – прошептала она.

Он вновь поцеловал ее в шею, глядя из-под полузакрытых век, как напряглись ее соски, выпирая под тонкой тканью костюма. Он тщательно исследует эту область. Может, даже проведет беглое исследование на месте…

С какого-то ближнего выступа донеслось хриплое шипение.

Нет, это неподходящее место для исследования тела Лидии. Рунн оторвался от ее шеи и встретился с ней глазами. В них поблескивало нескрываемое желание.

– Надо идти дальше, – кашлянув, сказала Лидия.

– Да.

– Может, тебе нужно немного задержаться, – усмехнулась Лидия, глядя на бугор, выпирающий у него под джинсами.

– Сомневаюсь, что упыри это оценят, – сказал Рунн, лукаво посмотрев на нее.

Лидия засмеялась, взяла его за руку и бегом пустилась дальше.

– Отныне я хочу быть единственной, кто это оценивает.

Рунн ничего не мог поделать с охватившим его чисто мужским самодовольством.

– Выдержу как-нибудь.

* * *

– Мне известно, что́ сделала Тейя, – покачав головой, сказала Брайс. – Она попыталась отправить дочерей на родную планету, но туда попала только Силена.

Чувствовалось, ее слова удивили Аидаса.

– Раз тебе известно имя Силены, ты узнала что-то достоверное. А ты узнала о том, что случилось с ней?

– Она оставила… я называю это магическим видео. Там она все объяснила. – Брайс вынула из ножен Правдорубец. Здесь меч и кинжал вели себя тише и не докучали ей. – С этим кинжалом Силена вернулась на родину. Недавно я принесла его обратно на Мидгард.

При виде кинжала Аидас насторожился:

– Силена рассказала о своем последнем столкновении с матерью?

– Нет, – ответила Брайс, от неожиданности вытаращив глаза. – Ты ведь знаешь? Так расскажи.

Танатос и Аполлион заерзали на стульях, явно задетые ее непочтительностью, но Аидас лишь улыбнулся:

– Мы с Хеленой потратили не один год, пока поняли, что́ на самом деле сделала Тейя со своей магией.

– Она окружила дочерей защитным куполом, – сказала Брайс, вспомнив, как звезда Тейи разделилась на три части и каждая дочь получила по шару. – С помощью Арфы она передала дочерям свою магию. Это было ее охранным заклинанием.

– Да. – Аидас кивнул. – Арфа помогла Тейе разделить магию – всю магию – на три части. Треть она отдала Силене, треть – Хелене и треть оставила себе. – В глазах принца Пропасти мелькнула давняя печаль. – Но Тейе не хватило оставшейся магии, чтобы обезопасить себя. Как по-твоему, почему в ту ночь Тейя пала от руки Пелиаса? Обладая лишь третью своей прежней силы, она не имела шансов выстоять против него.

– А меч и кинжал?

– Тейя пыталась мечом и кинжалом защитить свою силу, чтобы та не попала к астериям. Поскольку Тейя участвовала в сотворении меча и кинжала, они были настроены на ее силу. Потому Звездный меч и отзывается на потомков Хелены – потомков Тейи. Но пробудить силу меча способны лишь те, у кого достаточно звездного света Тейи. Твои предшественники называли таких фэйцев Звезднорожденными. Астерии не имели власти над мечом и кинжалом. Поскольку Звездный меч и кинжал были сотворены Тейей одновременно, между ними установилась связь. Они очень давно стремились к воссоединению, к возвращению в точку сотворения.

– Подобное взывает к подобному, – пробормотала Брайс. – Потому-то Звездный меч и Правдорубец постоянно хотят быть рядом, а когда оказываются рядом – буквально сходят с ума.