Тарион знал, что Баксиан внимательно слушает их разговор, хотя Изверг продолжал следить за состоянием Брайс и Аталара.

– Мне это показалось правильным.

– А мне это кажется противоречащим здравому смыслу.

Тарион вздохнул. Может, потому, что они находились на проклятом острове посередине Хальдренского моря, а может, потому, что глубоко под землей их видела только Ктона, он сказал:

– У меня была младшая сестра. Лесией ее звали. В прошлом году ее не стало.

Сатию явно ошеломил столь неожиданный поворот их разговора.

– Я тебе сочувствую, Тарион, – тихо и вполне искренне сказала она.

– Я об этом не знал, – пробормотал Баксиан. – Мои запоздалые соболезнования, Кетос.

Волевые усилия не помогли Тариону. Перед мысленным взором всплыло лицо Лесии – рыжеволосой, красивой, живой. У него заломило грудь. Казалось, еще немного – и грудная клетка провалится внутрь.

Но это было лучше, чем другие картины – фотографии издевательств над Лесией, сделанные ее убийцей. А Тарион в тот момент отсутствовал и не мог прийти на помощь.

– У вас с Флинном… напряженные отношения, – сказал он Сатии. – Но ты по-прежнему остаешься его младшей сестрой. Ты попала в беду. Я знал: окажись Лесия в аналогичном положении, я был бы рад, если бы нашелся достойный мужчина и спас ее.

Взгляд Сатии потеплел.

– Спасибо. Если мы выберемся отсюда… и вообще из всего этого… – Она обвела рукой зал. – Я постараюсь найти способ освободить тебя от… принятых обязательств.

– Скажу тебе честно: я хочу сохранять брак с тобой до тех пор, пока дочь Речной Королевы не залипнет на другого глупца. А если я буду холост…

– Она снова прилипнет к тебе.

Тарион кивнул:

– Знаю, моя позиция жалкая и трусливая. И я не преувеличиваю: ее мать не оставит меня в покое и попытается убить. Но я хотя бы не проведу остаток жизни в качестве… сожителя королевской дочки.

– Хорошо. – Сатия расправила плечи. – Значит, сохраняем наш брак. – Она улыбнулась одними губами. – Пока… Как ты думаешь, они сейчас действительно на Хеле?

– С одной стороны, я надеюсь, что да. А с другой – что нет.

– Они на Хеле, – тихо сказал Баксиан.

– Откуда ты знаешь? – удивилась Сатия.

– А ты посмотри. – Баксиан указал на их друзей, пребывающих в этом странном сне.

Брайс и Хант безмятежно лежали на черном соляном полу, держась за руки. Их тела покрывал тонкий слой инея.

* * *

Черная лодка, в которую Аидас привел Брайс и Ханта, была чем-то средним между лодкой Морвена, доставившей их на Аваллен, и другими черными лодками, отвозящими тела умерших в Костяной Квартал. Но вместо головы оленя нос лодки украшал олений череп. Пока плыли через пещеру, глазницы черепа светились зеленоватым светом. Такой же странный зеленый свет освещал черные колонны, здания, проходы и храмы.

Место было древним. И пустым.

Брайс впервые видела место, настолько лишенное жизни. Настолько… застывшее. Даже Костяной Квартал создавал ощущение, что он населен, пусть и мертвецами. Но здесь не было ни намека на движение.

Река была широкой и неподвижной, словно озеро. Движение лодки нарушало этот покой. Плеск волн, ударявшихся о корпус, отзывался громким эхом от камней вдоль стен и от потолка, настолько высокого, что он терялся в сумраке.

– Выглядит как город мертвых, – пробормотал Хант, прикрыв Брайс крылом.

Аидас стоял на корме. Вместо весла он держал в руках длинный шест, которым отталкивался от дна.

– Так оно и есть, – сказал он, услышав слова Ханта. Бледной рукой принц Пропасти указал на здания, храмы и улицы. – Здесь наши любимые находят покой после смерти, сохраняя все жизненные удобства, к которым привыкли при жизни.

– Но мы не совсем… здесь, – сказала Брайс. – Нам это только снится?

– В каком-то смысле, да, – ответил Аидас. – Ваши физические тела остаются в вашем мире. – Он обернулся через плечо. – В пещере Хелены.

– Ты с самого начала знал о существовании этой пещеры, – с упреком бросил ему Хант.

– А вы оба поверили бы мне, скажи я об этом раньше?

Стоя рядом с Хантом, Брайс почувствовала, как у ее истинной пары напряглись все мышцы.

– Правда была бы хорошим началом.

Раньше, чем Аидас успел ответить, лодка поравнялась с небольшим причалом, откуда проход вел к храму. Из сумрака между храмовыми колоннами появилась фигура и спустилась по ступеням. Золотистые волосы, золотистая кожа.

Молния Ханта ярко сверкнула, осветив пещерный город и реку.

Аполлион (а это был он) поднял руку. Вокруг нее, изгибаясь и шипя, появилась молния и потянулась навстречу молнии Ханта.

– Добро пожаловать, сынок, – сказал ангелу принц Ямы.