– Как ты думаешь, почему ты так здорово умел охотиться на демонов? – спросил у Ханта Аполлион. – Это в твоей крови. В твоей крови есть часть меня.

К горлу Ханта подступила тошнота. Мысль о том, что всем в своей жизни он обязан принцу Ямы…

– Подобно тому как Аполлион передал частицу своей сущности кристаллосам, он кое-что передал и тебе, – пояснил Танатос. – Огонь Хела.

– Огонь Хела? – изумилась Брайс.

– Молнии, – пояснил Танатос, явно раздраженный непонятливостью гостей. – Способность убивать ими почти все. Даже астериев.

– Так ты и Сириус убил своим… огнем Хела? – спросила она у Аполлиона.

– Да, – ответил Аполлион и добавил, обращаясь к Ханту: – Твое имя было указанием на то. Его шепнули на ухо твоей матери, когда ты родился. Орион… хозяин Сириуса.

– Ловко придумано, – огрызнулся Хант. – Погодите. Мои молнии способны убить астериев?

В его груди ярко вспыхнула и расцвела надежда.

– Нет, – ответил Аполлион. – Твои молнии – ослабленная версия моих. Твои молнии способны навредить им, но не убить. Ангельская кровь твоей матери повлияла на мою силу.

Надежда ссохлась и исчезла. Ее место заняло нечто более мрачное.

– Как вы втянули мою мать во все это?

Он еще мог сжиться с генетическим вмешательством, но…

– В Астерийском архиве работал один исследователь, – сказал Аидас. – Ангел, который изучал происхождение буревестников и странности их магической силы. Он назвал проект по имени почти забытого бога бурь.

– «Проект Турр», – выдохнула Брайс. – Даника тоже участвовала в исследованиях?

– Не знаю, – ответил Аидас. – Но тот ангел изучал буревестников по велению астериев, боящихся, что те могут вернуться. Так он вышел на нас. Когда мы рассказали ему правду, он предложил помочь всем, чем сможет. У нас появился мужчина-доброволец. Оставалось найти женщину.

У Ханта перехватило дыхание. Брайс положила ему руку на колено.

– Твои отец и мать прожили вместе недолго, – продолжал Аидас. – Твой отец знал, что сможет вытащить твою мать из бедности. Он искренне хотел остаться с ней. Бросить прежнюю жизнь и тайком тебя растить.

– Что случилось? – едва ворочая языком, спросил Хант.

– Мистики сообщили Ригелусу о связях твоего отца с нами. Больше они ничего не узнали. Никаких сведений о тебе и твоей матери. Только то, что он общался с нами. Ригелус приказал его схватить. Его пытали, затем казнили.

Ханту показалось, что сердце перестало биться.

– Он не сломался, – сказал Аполлион, и в голосе появились нотки доброты. – Ни словом не обмолвился о твоей матери и ее беременности. Астерии ничего не знали о твоей связи с ним.

– Как… как его звали?

– Хиреус, – ответил Аидас. – Знай, Хант Аталар, твой отец был достойной личностью. Как и ты сам.

Брайс сжала ему колено. Ее рука была почти горячей… или это его тело было неестественно холодным?

– Итак, Ханта создали в качестве… своеобразного пауэрбанка для меня?

– Если да, могу ли я подзарядить и Рунна? – перебил ее Хант.

– Нет, – ответил Танатос. – Звездный свет принца, его притяжение к «тонким местам» недостаточно сильны. Не такие, как у его сестры.

Хант накрыл руку Брайс, лежащую на его колене, своей.

– То, что мы с Брайс – истинная пара, записано в моей ДНК? Это тоже результат генной инженерии?

– Нет, – торопливо возразил Аидас. – Подобное не планировалось. Думаю, это оставили на усмотрение высших сил… кем бы они ни были.

Хант повернулся к Брайс и в ее глазах увидел только безграничную любовь. Этого он не мог выдержать.

Его тело сковало ужасом, холодным, как иней. Итак, его создали принцы Хела, записав в жизненную программу страдать и жертвовать собой. И куда это его завело? Кто именно был его создателем?

– Внесем ясность, – предложила принцам Хела Брайс. – Огонь Хела и звездный огонь – могучее сочетание. Но наследие Хелены было оставлено с намерением прекратить этот конфликт. А теперь получается, вы трое хотите, чтобы вместо этого я открыла проклятый богами портал и вы бы явились спасти положение?

– Так ли уж плохо, если мы сделаем за тебя грязную работу? – вкрадчиво спросил Танатос.

Брайс сердито посмотрела на него:

– Это мой мир, и я хочу сражаться за его освобождение.

– Вот и сражайся бок о бок с нами, – с вызовом произнес Танатос.

Возникла напряженная тишина. Хант не представлял, как вообще разобраться во всем этом безумии. Но холод в его жилах… ощущение что надо. Оцепенение сейчас полезнее кипящих эмоций.

– Я могла бы получше подготовиться, – пробормотала Брайс.

Аидас лишь покачал головой: